Попытка вернуться в воспоминание всё равно провалилась, я теперь вообще фиг сосредоточусь.
Захватив с трюмо метательный ножик, отправилась следом за огоньком по пустому коридору общежития. Эфемерная субстанция в деловитом темпе устремилась в общий холл с вездесущими голограммами, откуда свернула в сторону актового зала.
Некоторое время я в порыве любопытства бездумно шла за поводырём, но как только мы очутились возле дверей в оранжерею, резко остановилась. В голову стрельнула пугающая мысль. Насколько помню карту института, из оранжереи есть выход в подвальные помещения. Там целая система подземных коммуникаций — архивы, склады, каморки… и та комната, где по словам ректора Вася проводила кровавый ритуал. Место её смерти. Совпадение? Не думаю.
Огненная дымка явно не моя, так какого хрена я с такой беспечностью следую за ней?
Холл утопал в сонном полумраке, однако скудное освещение не помешало заметить, как за колонной справа шевельнулась тень. Нехорошая догадка превратилась в уверенность — меня выманили сюда, как наивную дуру, и вряд ли с целью вручить букет цветов. Что ж, пока не поздно, самое время перехватить инициативу и взглянуть в лицо таинственному недругу. Василиса Тобольская встречает судьбу в лоб!
Криво улыбнувшись, я поудобнее сжала метательный ножик. Вещичка дорогая, его лезвие покрыто ритуальным рисунком, при должном везении оно сумеет пробить кожу стихийника.
Двери послушно разъехались в стороны. Я шагнула в оранжерею как ни в чём не бывало, но едва они закрылись, шустро метнулась к стенке и вжалась в неё спиной. Огонёк, само собой, моего манёвра не заметил и бодренько помчался вперёд; его шлейф прочертил длинную дорожку, поблёскивающую в сумраке холла.
Ожидание не продлилось долго. Спустя всего полминуты двери снова разъехались, и внутрь вошёл мой преследователь… Точнее, преследовательница. Худенькая фигура в обтягивающих лосинах и коротеньком топе с вульгарными блёстками растерянно огляделась.
— Вася, ты где? — раздался тихий голосок.
— Ой! — девушка забавно подпрыгнула. Кто кого хотел напугать, спрашивается.
— А ты думала маньяк? — рыжеволосая сокурсница со смешком перевела нежно-зелёные глаза на ножик в моей руке. Я проворно сунула его за пояс. В институте запрещено разгуливать с колюще-режущими игрушками, если это не стихийные клинки.
— Так это был твой огонёк?
— Конечно, мой, — кивнула Вика. — Оригинально, правда? Я решила, будет здорово заманить тебя клубком, как Баба-Яга Ивана-Царевича, раз на звонок ты не ответила.