Обернувшись, я подмигнул ему, пару минут поглазел по сторонам и убедился, что все прочие абитуриенты далеки от завершения своих работ… Сидеть просто так было лень, так что я просто встал со своего места, прихватив листы с теорией, и направился к Марианне Андреевне.
— О, вы так быстро сдались? — удивилась она, бросив взгляд на песочные часы, — Обычно абитуриенты не оставляют попыток до последнего. Признаться, я думала…
— Позвольте, — я положил листы перед ней на кафедру. — Я закончил.
— Что? — удивилась женщина, — Уже⁈
Я затылком почувствовал, как остальная часть аудитории прожигает меня взглядами.
— Нонсенс! — фыркнула Бурундукова, беря мою работу.
Потребовалось ровно десять секунд, чтобы её недоверчивый взгляд сменился удивлённым. Она резко перелистнула пару страниц, и её брови взмыли вверх.
— Ор-ригина-а-ально! — выдохнула преподавательница, — И ведь в самом деле, такой огненный конструкт будет более стабильным и оптимальным по расходу энергии…
Марианна Андреевна снова пробежалась глазами по страницам и перевела на меня удивлённый взгляд.
— Кто вас обучал, Апостолов⁈
— Никто, — честно признался я, — Я самоучка.
— Но это… Это… — она ошеломлённо покачала головой, — Я, конечно, ещё раз проверю вашу работу, но… Невероятно…
— Спасибо, — улыбнулся я, — Могу идти?
— Конечно, если не хотите ещё раз всё проверить… Как я уже говорила, чтобы получить допуск к практике, здесь не должно быть ни одной ошибки…
— Я уверен, что их нет. Уже перепроверил.
Бурундукова лишь покачала головой, и махнула в сторону двери.
— Тогда можете быть свободны. Результаты будут в течение часа после экзамена.
— Благодарю. Рад знакомству, — снова улыбнулся я, и вышел из аудитории, под удивлённый гул голосов.
Я ведь не врал — действительно всё перепроверил. И действительно — в моей работе нет ошибок.
В коридорах было по прежнему полно студентов. Кто-то ждал своей очереди на очередную сдачу, кто-то напротив — изнывал от нетерпения, желая поскорее ознакомиться с результатами.
Я решил отыскать какой-нибудь кофейный автомат. Увидев несколько вендингов на повороте коридора, устремился к ним.
— Слушай, Кабанов, метнись-ка за пиццей, пока мы тут торчим, — услышал знакомый голос, донёсшийся от одного из широких подоконников.
Оп-па! Львов, собственной персоной! Сидит в окружении своих подхалимов, поставив ноги на скамейку!
Неужели тоже поступает в «Арканум»? Эх, если так, меня ждёт очень весёлая учёба!
Сергей обращался к мускулистому парню в обтягивающей водолазке и карго-штанах, подстриженному очень коротко, «по-армейски», с прямым носом, тонкими губами, мрачными серыми глазами, и слегка оттопыренными ушами.