Я в последний раз успел качнуть большой объём энергии из Львова, и едва удержал потерявшее стабильность заклинание над преподавательским столом! Оно замерло над бумагами, мужчина чуть отклонился назад на стуле, глядя на меня недовольным взглядом, но я тут же пустил большую часть оставшейся энергии на последнюю часть «программы».
Неимоверно тяжёлым движением силы мне удалось обуздать огонь, и заставить его обволочь преподавательский стол. Прочие учителя настороженно посмотрели в нашу сторону, а я, будто-бы ни в чём не бывало, сформировал из водяной энергии кинжал, и ударил им по столу.
Огненный щит без труда погасил атаку, а затем я обратил пламя в пепел, и собрал его со стола в крошечную горошину.
Разумеется, стол остался цел.
— М-да, — протянул Черномор Воеводов, подходя ко мне и беря кремниевую горошину двумя пальцами, — Чуть не потеряли контроль, Апостолов?
— Никак нет, — улыбнулся я, надеясь, что говорю уверенно, — Хотел произвести впечатление, честно признаться.
Черномор смерил меня долгим взглядом, убрал горошину в карман и кивнул:
— Будем считать, что у вас получилось. Хоть огненный щит подразумевался и другим, но… Его безопасное наложение на дерево и вправду выглядело неплохо. Огонь пройден.
Про себя я ликовал — а особенно от того, какую кислую рожу после этих слов скорчил Львов. На его «презентацию» преподаватель лишь сдержанно улыбнулся.
Ну погоди, сволочь… Решил играть грязно? Будет тебе грязно…
К этому моменту один из абитуриентов — низенький парнишка — уже завалил практику, и его выпроводили из аудитории едва ли не в слезах.
Следующим билетом Сергей вытащил исцеление, и я последовал его примеру.
Было легко — требовалось всего лишь залечить несколько порезов, нанесённых обычным ножом, и смазанным лёгким ядом. Что одно, что другое для меня было проще простого, и это получилось сделать без проблем. Затем нужно было восстановить структуру кости — и с этим я справился без труда, наблюдая за напряжёнными действиями Сергей, который с трудом вытаскивал кусок металла из руки своего преподавателя.
Я не стал мешать ему сейчас — хотя мог. Не хотелось навредить незнакомому человеку.
Следом пошёл воздух.
И мы с Львовым вытащили один и тот же билет.
— Отыскать в камне весом два центнера трещины и используя давление воздуха, разрушить его, — зачитал задание мой преподаватель. Я слышал, что то же самое произнесла и женщина, принимающая Сергея, — Затем поднять обе половинки на один и тот же уровень, используя воздушные потоки. Приступайте.
Перед нами на полу появились два огроменных булыжника.
Ну сейчас-то ты у меня попляшешь, говнюк…
Я снова выкачал энергию воздуха из искры Львова — на этот раз, делая это безостановочным потоком.