Автор
Повелитель оказался на Земле, где ему пришлось использовать свои знания и дар для обретения власти и построения империи. Появляется конфликт между стремлением к доминированию и противостоянием могущественным силам, включая вмешательство божественных родственников.
Раздел Chitat.online для книги «#1 Печать Пожирателя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Повелитель оказался на Земле, где ему пришлось использовать свои знания и дар для обретения власти и построения империи. Появляется конфликт между стремлением к доминированию и противостоянием могущественным силам, включая вмешательство божественных родственников.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Повелитель оказался на Земле, где ему пришлось использовать свои знания и дар для обретения власти и построения империи. Появляется конфликт между стремлением к доминированию и противостоянием могущественным силам, включая вмешательство божественных родственников.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «#1 Печать Пожирателя» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я молча вернулся к своему месту, забрал вещи и покинул аудиторию вместе с другими студентами. Часть из них смотрела на меня с осуждением, другая — веселилась.
— Видал, как пушок на его лице полыхнул? Вот умора!
— Ага, а Апостолов то не промах! Шарит не только в теории…
Маша, проходя мимо, закатила глаза и осуждающе покачала головой:
— Не мог удержаться от понтов, Апостолов?
— Не понимаю, о чём ты.
Она взмахнула своими золотыми волосами и скрылась за дверью.
— Зря ты так с ним, — тихо сказал Кабанов, нагнав меня, — Я слышал, что Земельцев — злопамятная сволочь. Уверен, он правда побежит в ректорат и настучит на тебя.
— Да кто в здравом уме поверит, что первокурсник напал на преподавателя? Да ещё и на занятии? — беспечно отмахнулся я, — Максимум, пожурят за неосторожность. Он же сам настаивал на создании щита! На теории, блин, магии! А я предупреждал, что у меня может не хватить сил!
— Ну, будем надеяться на лучшее… — отозвался Арсений.
— А по-моему, это было эпично! — фыркнула Аня, и пропела, — Бакенбардный пух, жара, огонь! Земельцев пахнет уточкой…
— Хорош, — рассмеялся я, — Ещё услышит, и тебя со мной запишет в опасные элементы. Пошли перекусим, что ли?
В столовой, обставленной как очень дорогое кафе, было много народу.
Мы встали к очереди в кассу, и когда подошла очередь, я лишь горько усмехнулся. В «элитном» учебном заведении цены были такие же «элитные».
Жалкий салатик — пятьсот рублей. Паста — семьсот. Суп — шестьсот. А есть то хотелось, и даже очень! Учитывая, что позавтракать я не успел…
Глядя на постоянно висящие перед глазами «2500», я заказал самое дешёвое, что тут только было, с последней страницы меню — гороховый суп и пюре с сомнительного вида котлетой. Сложилось впечатление, что эта страничка была как раз для таких бедных студентов, как я — даже простецкие тарелки, в которых подали еду, отличались от остальных…
«Баланс — 1700 рублей»
Сев за свободный стол, я дождался друзей и не успел приступить к трапезе, как рядом нарисовался Львов.
— Чем так воняет? — спросил он у окружающих, театрально поведя носом, и будто-бы только сейчас заметил меня, — Уф, Апостолов! Это что, твоя еда⁈ Ты в какой мусорке её нашёл? Из дома принёс?
— Иди куда шёл, — отрезал Арсений, глядя на меня и качая головой.
У самого Львова в руках ничего не было — за ним семенила пара его миньонов, неся в руках подносы с суши, дорогими пастами и разнообразными брускетами.
— Не очень-то любезно с твоей стороны так отзываться о труде местных поваров, — усмехнулся я, и помахал рукой женщине на раздаче, — Гороховый суп зачётный, спасибо!
Полная сотрудница кафетерия недоумённо уставилась на меня, а Сергей продолжал:
— Наверное, они это собакам бродячим готовились отдать, да тебя пожалели.
