Он что, серьёзно? На улицах молодые колдуны то и дело вступают в магические стычки! Да и сами преподаватели тоже хороши — отправляют абитуриентов на Испытание, где творится всякая хрень, и где они запросто могут погибнуть!
Разумеется, я читал правила, но услышанное сейчас показалось мне редкостным лицемерием. Особенно слова про ложь.
А уж заявление о «незаконном» применении магии и вовсе выглядело смехотворно!
Что за цирк с конями они тут устроили?
— Несколько сотен лет назад за зазнавшимися магами охотились. Сжигали живьём тех, кто позволял себе лишнего! А за ними следом и всех остальных, — добавила Ярослава Тугарина, — Здесь мы не потерпим подобного поведения.
В бархатистом голосе рыжей колдуньи проскользнула тяжёлая злость, и я почувствовал, насколько она разгневана, хоть и не показывала это.
— Разумеется, правила для того и писаны, чтобы их соблюдать, — согласился я, — Однако повторюсь — я ничего не нарушал.
— А мои бакенбарды⁈ — взвизгнул Земельцев, — Сами сгорели⁈ Я едва успел защититься!
— Насколько я помню, вы сами потребовали, чтобы я создал огненный щит. А затем выпотрошили его, чтобы проверить стабильность. То, что остатки заклинания плеснули на вас — не моя вина, — я пожал плечами, — При всём уважении, магистр, я понятия не имею, как так быстро превращать защитные заклинания в атакующие. И уж совершенно точно не способен пробить защиту мага вашего уровня. Думаю, около сотни первокурсников, которые наблюдали за нашим занятием, подтвердят мои слова.
— А вот некоторые из них утверждают обратное!
Преподаватели переглянулись, и я почувствовал, как напряжение между ними слегка спало.
— То есть, у тебя было разрешение на применение магии? — уточнила сидящая рядом со Змеевым пухленькая Бурундукова.
— Да, госпожа магистр.
— Магистр Земельцев попросил меня решить систему уравнений для замкнутого огненного щита, что я и сделал. Он заявил, что подобное заклинание невозможно реализовать, и потребовал, чтобы я показал его на практике. Это я тоже выполнил. Евгений Олегович принялся проверять стабильность моего щита и нарушать его целостность. В какой-то момент пара огненных капель плеснула на него, но я тут ни при чём. Конечно, возможно мне не хватило умений удержать огонь под контролем. Ведь подобное заклинание с моей слабой энергетикой требует невероятной концентрации. Но повторюсь — у меня и в мыслях не было атаковать магистра, и уж тем более я не смог бы сделать это со своим слаборазвитым даром. Я и щит-то еле создал.
Судя по выражениям лиц директора и прочих магистров, эти слова оказались для них новостью.
Кощеев хмуро посмотрел на Земельцева:
— То, что говорит мальчик — правда?
Евгений Олегович открыл рот, словно собираясь опровергнуть мои слова.