100 великих узников — читать онлайн бесплатно полностью

Были среди заключенных и попытки самоубийства, например, в марте 1884 года решил отравиться П. С. Поливанов. Он подставил стул к печке, закрыл трубу и стал дышать угарным газом. Но бдительный ""Ирод"" вскоре заметил эту уловку, вызвал доктора, и попытка П. С. Поливанова на этот раз не удалась. Тогда узник решил повеситься: он оторвал от простыни две полосы, сделал из них петлю, привязал ее к столбику кровати, надел на шею и спустился на пол. Но и на этот раз ""Ирод"" спас его, вытащив из петли[71] [П. С. Поливанов после Равелина еще 18 лет сидел в Шлиссельбургской крепости, а потом был сослан в город Атбасар, откуда в 1903 году бежал за границу. Но Равелин и крепость высосали из него все силы, жить ему было нечем, и в августе 1903 года он застрелился в Лозанне].

С середины 1880-х годов в Алексеевском равелине появилась команда жандармских унтер-офицеров, и с этого времени ""крепость буквально превратилась в склеп для заживо погребенных"", даже пикнуть было нельзя. О. В. Аптекман писал: ""Перестукиваться нельзя… Нельзя черточку провести на стене, на книге, на чайнике — Боже упаси!.. Воцарилась поистине мертвая тишина, живые в гробу"".

Около 20 месяцев провела в Трубецком бастионе Петропавловской крепости Вера Фигнер. Она участвовала в разных предприятиях ""Народной воли"" и с середины 1882 года оставалась единственным неарестованным членом ее Исполнительного комитета. Стремясь собрать силы для новой борьбы, В. Фигнер продолжала действовать, чтобы создать новый центр, наладить работу типографии и т. д. Но по доносу С. П. Дегаева она была арестована. Эта невысокая изящная женщина вызывала такое опасение у следственных властей, что о ее содержании в крепости коменданту были даны особые указания. В частности, открывать дверь камеры и выводить ее на прогулку или свидание можно было только в присутствии тюремного начальства.

Соседние камеры оставались свободными, и одиночество действовало на В. Фигнер так сильно, что она, живой по натуре человек, стала терять всякую потребность в общении. На нее тяжело действовали даже свидания с матерью и сестрой, о чем она впоследствии писала: ""Зачем нарушать душевное равновесие 20 минутами, в которые не знаешь, что сказать и о чем спросить, и, вернувшись к себе, долго не находишь успокоения, чтобы снова замереть на две недели""."

"В тюрьме В. Фигнер пережила и нравственное потрясение, узнав о предательстве С. Дегаева. После этого ей хотелось умереть, но она должна была жить, чтобы выступить в суде и тем самым исполнить свой долг перед ушедшими товарищами. ""Чтобы умертвить нервы, одно средство — книги"", — писала она родным, и в тюрьме взялась учить английский язык…

В 1884 году в крепость в четвертый раз был заключен Герман Лопатин — человек яркой индивидуальности.