Так что, когда Одиссей отправился дальше, лишь попутный ветер весело надувал паруса его кораблей.
Вот уже показались берега родной Итаки. Но на беду Одиссей заснул, а его спутники из любопытства развязали мешок, подаренный Эолом, чтобы посмотреть, что в нем такое.
Неблагоприятные ветры вылетели наружу, с яростью набросились на корабли и унесли их далеко-далеко, в край, где никогда не заходит солнце и ночью светло, как днем.
В том краю жили великаны-лесгригоны. Завидев приближающиеся корабли, они стали швырять в них обломками скал. Все корабли были разбиты, лишь одному удалось спастись.
На этом корабле Одиссей и немногие его спутники, оставшиеся в живых, добрались до острова Эл — владения прекрасной и коварной волшебницы Цирцеи, о которой говорили, что она может превращать людей в животных.
Осторожный Одиссей послал к Цирцее несколько человек на разведку. Волшебница сама вышла им навстречу, пригласила в свой дворец, угостила роскошными яствами, а потом — волшебным напитком, от которого посланцы Одиссея превратились в свиней. Цирцея загнала их в хлев.
Узнав о беде, постигшей товарищей, Одисей поспешил на выручку, хотя и не знал, как можно им помочь. Но тут перед ним появился бог Гермес и дал ему чудесную траву, уничтожающую всякое волшебство.
С помощью этой травы Одиссей вернул своим товарищам человеческий облик.
Цирцея поклялась впредь не причинять ни Одиссею, ни его спутникам никакого вреда, и он провел на острове волшебницы целый год.
По совету Цирцеи Одиссей побывал в царстве мертвых, где беседовал со многими героями, погибшими в Троянской войне, видел свою покойную мать и услышал пророчество об исходе своего путешествия: Будешь в Итаке, хотя и великие бедствия встретишь».
Когда Одиссей покидал остров Эл, Цирцея предупредила, что ему предстоит миновать остров сирен. Сирены — полудевы-полуптицы — обладали такими дивными голосами, что мореходы, заслышав их пение, забывали обо всем на свете, на всех парусах неслись к острову и разбивались о прибрежные скалы.
И вот Одиссей, завидев остров сирен, приказал своим спутникам заткнуть уши воском, а себя самого привязать к мачте.
Когда корабль поравнялся с островом, словно по волшебству стих ветер, перестали плескаться морские волны, и в наступившей тишине запели сирены:
Одиссей, очарованный пением сирен, стал рваться из своих пут и просить, чтобы его развязали, но товарищи Одиссея, уши которых были надежно защищены воском, лишь с удвоенной силой налегли на весла, и вскоре остров остался позади, а голоса сирен замерли в отдалении.
Но путешественников поджидала новая опасность: им нужно было миновать узкий пролив между двумя чудовищами — шестиголовой ненасытной Спиллой и свирепой Харибдой.