Говорит Святогор Илье Муромцу: «Аи же ты, меньшой мой брат, Илья Муромец! Ты разбей крышку палицей булатною». Стал Илья бить крышку палицей, да там, где ударит, появляется железная полоса. Оковало весь гроб железными обручами.
Говорит Святогор: «Возьми мой меч-кладенец, разруби крышку надвое». Ухватился Илья за святогоров меч, да не может поднять.
Илья говорит Святогору: «Тяжел для меня твой меч».
Тогда Святогор сказал: «Подойди, меньшой брат, поближе ко гробу, припади к щелочке — я вдохну в тебя часть своей силы, станет у тебя сила вдвое против прежнего». Припал Илья к щелочке, вдохнул в него Святогор часть своей силы. Поднял Илья святогоров меч, ударил вдоль по крышке гроба. Не разбилась крышка, а появился на гробе новый железный обруч.
Говорит Святогор: «Видно, настигла меня судьбина, пришла мне, богатырю, кончинушка. Бери моего коня да наклонись в последний раз к моему гробу, я вдохну в тебя всю свою силу».
Отвечает Илья Муромец: «Не надо мне больше силы. Если силы у меня поприбавится — не будет меня носить мать сыра земля. И не надо мне твоего коня богатырского — служит мне верой-правдою мой Бурушко косматенький».
Тут Илья со Святогором простились, и умер Святогор-богатырь. Схоронил его Илья в сырой земле, святогорова коня отпустил на волю, а сам сел на своего Бурушку и поехал в Киев-град.
IV. Илья Муромец и Калин-царь
Былины из цикла «Илья Муромец и Калин-царь» (иначе его называют «Илья Муромец и татарское нашествие») занимают центральное место во всем русском эпосе. В.Я. Пропп пишет: «Песни об отражении татар — самое значительное из того, что в области эпоса создано русским народом. (…) Былины времен татарщины представляют собой качественно иное образование, чем все былины, предшествующие им».
Большинство исследователей считают, что былины этого цикла были созданы во время татаро-монгольского ига, еще до его свержения, и тем не менее в них художественно-убедительно и, как оказалось впоследствии, исторически достоверно изображена победа русского народа и изгнание татар. По мнению В.Я. Проппа, «песня выражала не отдельные факты побед и поражений; в дни бедствий песня выражала несокрушимую волю народа к победе и тем ее подготовляла и способствовала ей».
Туже мысль высказывает В.И. Калугин: «В былине «Илья Муромец и Калин-царь» отражено не отдельное историческое событие, реальное сражение, допустим, на реке Калке в 1223 году или на Куликовом поле в 1380-м, а целый ряд таких сражений, как великих, так и малых. Перед нами эпическая условность — такого сражения не было, и одновременно эпическое обобщение — такие сражения были; верность не факту, а духу истории».
Татарский Калин-царь — обобщенный образ врага, хотя в некоторых вариантах былины он назван историческим именем Мамая или Батыя.