А ты что думала? Что я не думал о тебе все те проклятые дни с тех пор, как мы расстались? Что мою душу не разрывало на части при мысли о том, что тебе пришлось пережить смерть своего дяди и меня при этом не было рядом? Что я не жалею о том, что не рассказал тебе обо всем, что творится в моей жизни, включая мою дочь? Ты считаешь, что я не ломал голову бесчисленное количество раз, думая о том, каково было бы представить ее тебе и при этом взять тебя за руку, как будто мы пара? Дай мне шанс загладить вину перед тобой, позволь мне снова влюбиться в тебя."
"Мое сердце колотилось, а кровь бешено текла по всему телу.
Моя рука покоилась у него на груди, и я чувствовала его учащенное сердцебиение, которое идеально совпадало с моим.
То, что он только что сказал мне, было прекрасно, но какой смысл начинать что-то там в Лондоне, если все мои мысли были только о том, как бы поскорее вернуться на Бали, чтобы сбежать подальше от всего этого безумия?
Мне не хотелось снова проходить через все это. Мне не хотелось снова страдать.
– Я скоро снова уеду, Алекс.
Пришлось медленно высвободиться из его хватки, переставая чувствовать его сердцебиение и жалея, что произнесла эти слова, однако, несмотря на боль, они были абсолютно правдивыми.
– Твоя жизнь – здесь, и ты сейчас как никогда должен сосредоточиться на тех, кто в тебе нуждается, – под моими словами подразумевалась его дочь. – Здесь нет места для «нас». Может, что-то такое действительно существовало какое-то время в десяти тысячах миль отсюда, но не вижу способа, который бы мог сработать…
– Именно об этом я тебе и говорю, Никки. Ты проехала десять тысяч миль, чтобы найти меня, и теперь собираешься так просто отпустить меня?
– Я проехала десять тысяч миль, чтобы найти тебя, и, сделав это, поняла, что совершенно тебя не знаю.
Алекс снова шагнул вперед, на этот раз лишив меня всего моего личного пространства. Он взял меня за подбородок и немного приподнял мою голову, чтобы я могла посмотреть ему в глаза.
– Позволь мне доказать, что я все еще здесь… что я все еще тот, кто влюбился в тебя всего за тридцать дней. Никки, позволь мне…
– Твоя жизнь здесь, – пришлось перебить его, несмотря на то что мое сердце разрывалось от того, что он вслух признался, что влюблен в меня. – А моя никогда не будет в этом месте.
Мы не сводили глаз друг с друга, потому что оба знали, что мои слова были на сто процентов верными.
Это грустно, но как по мне, лучше все сразу прояснить и быть честными с самими собой.
– Я ценю все, что ты для меня делаешь, но будет лучше, если мы останемся просто друзьями.
Слово «друзья» обожгло мои губы, подобно яду.