Ну и через пару недель насобачилась очень ловко таскать конфеты из закрытого ящика. Дед был настолько уверен в надежности хранилища, что никогда не пересчитывал коробки. И время от времени я извлекала одну из них и вдоволь лакомилась запретной клюквой.
Пока Инна рассказывала свою историю, Мариша успела переворошить весь запертый ящик и обнаружить в нем массу интересных предметов. От журнала «Плейбой» и початого пузатенького флакона туалетной воды «Ланвин» до совершенно целой баночки с латвийскими шпротами и пачки печенья со сроком годности до января следующего года. Похоже, это были забытые пациентами вещи, которые приглянулись сестре-хозяйке.
— Лично я считаю, что такое печенье просто страшно взять в рот, — пробормотала Юлька, пока Мариша заканчивала ревизию ящика. — Это что же за отраву нужно напихать в печенье, чтобы оно оставалось съедобным почти полтора года, а?
— Ты не о том думаешь! — буркнула в ответ Мариша, неодобрительно покосившись на нее. — Девушки, соображайте, где еще в этом кабинете может быть спрятана эта проклятая тетрадка? Тут, в ящике, ее точно нет.
Подруги огляделись по сторонам и обнаружили скрытый за вешалкой с халатами стенной шкаф. С торжествующим воплем они распахнули дверцы и вдоволь порылись на полках, где и в самом деле лежало несколько тетрадей с какими-то записями. Но ни одну из них Наташа — девчонка-санитарка — не опознала.
— Нет, та была зелененькая, — помотала она головой, пока подруги таскали ей одну за другой все новые и новые тетради.
— Вот эта? — спросила у нее Юля, показывая тетрадь в обложке нежно-изумрудного цвета.
— Нет.
— Но она же зеленая! — вознегодовала Юлька.
— Та была ярко-зеленая, — объяснила ей Наташа. — Прямо ядовитый такой цвет, глаз резал. А эта красивенькая.
— Тебе бы с твоими вкусами не в санитарки идти, а в художественное училище пробиваться, — проворчала Мариша.
— Больше ничего нет, — наконец произнесла Инна. — Кончились тетради.
И она выжидательно посмотрела на компьютер. Тот наконец-то полностью загрузился и теперь мигал окошками, показывая, что он готов работать.
— Посмотрим, — пробормотала Инна. — Может быть, тут что-то полезное найдется.
Но в ответ на первое прикосновение к его клавиатуре компьютер тут же потребовал ввести пароль.
— Вот черт! — возмутилась Инна, быстро щелкая по клавиатуре. — Понаставили паролей! Можно подумать, ЦРУ, а не больница.
— Пароль должен быть простеньким, — сказала Мариша. — Попробуй «Больница» или «Травма».
Инна попробовала эти слова и еще десяток других, имевших, на ее взгляд, отношение к больнице.
— А как зовут эту сестру-хозяйку?
— Токарева Елена Викторовна, — четко отбарабанила Наташа.