Автор
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
Раздел Chitat.online для книги «12 шедевров эротики» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «12 шедевров эротики» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Так всем?
— Всем.
— И «Княжне», и Жозе?
— Всем.
— Ловко… Небось и за это надо платить аспидовы деньги?
— Да, дерет… — с невольным унынием призналась дама.
Лусьева злобно улыбнулась:
— Трещит у Буластихи шкура!..
— А вы не злорадствуйте! Ежели человек в незадачной полосе…
— Чтоб ей, дьяволу, вечно такая полоса шла!..
— Что ругаться? Дело прошлое.
— Уж очень ненавижу! Дрянь я слабодушная! На чистый паспорт и деньги польстилась. Кабы настоящий характер, самой бы лучше пропасть, да и вас всех в Сибирь упечь!
— Уж и в Сибирь! На первый раз — всего только к мировому и сто рублей штрафу.
— Неужели? Ах, скажите, пожалуйста!.. — насмешливо передразнила девушка. — Зачем же вы от ста рублей откупаетесь тысячами?
— Затем, что язык у вас слишком длинен. Сибирь — не страх, а вы могли привести, да уже и привели было в расстройство все дело. Ну и еще раз напоминаю вам, Марья Ивановна: довольно! Поболтали в свое удовольствие, — и будет. Свое выболтали, на замазку рта получили, обеспечены по гроб жизни, — теперь сидите в загранице смирно, тише воды, ниже травы, чтобы о вас ни слуха ни духа. Не то — вас не только что в Вене или где там еще — на дне морском достанем!.. Сами не заметите, как тихой смертью умрете!
— Не коротки ли руки?
— Вас, голубушка, и сейчас очень легко можно бы сплавить, и гораздо это дешевле, чем торговаться с вами и за границу вас отправлять. Только-то боязно, что — кто их знает? Может быть, за вами еще следят… Уголовщина теперь, после вашей огласки, — благодарите своего Бога! — нам не с руки… А то — оно очень просто! Вы это понимаете! Не форсите!
— Я ничего.
— А смеетесь чему?
— Прасковья Семеновна накладет баронессе по первое число!
— В этом не сомневайтесь! Расправа будет по правилу.
— И Анне Тихоновне влетит!
— И Анне Тихоновне.
— Так и надо! Так и надо! Жрите друг друга здесь, волки поганые!
Девушка бешено захохотала и захлопала в ладоши.
— А я в Вену!.. И — черт вас всех тут дери!.. Никого не жаль!.. Вырвалась!.. Сама теперь по себе… Я в Вену, я в Вену, я в Вену!..
Федор Сологуб
Царица поцелуев
Сколь неразумны бывают и легкомысленны женские лукавые желания и к каким приводят они страшным и соблазнительным последствиям, тому примером да послужит предлагаемый рассказ, очень назидательный и совершенно достоверный, о некоторой прекрасной даме, которая пожелала быть царицею поцелуев, и о том, что из этого произошло.
В одном славном и древнем городе жил богатый и старый купец, по имени Бальтасар. Он женился на прекрасной юной девице, — ибо бес, сильный и над молодыми и над старыми, представил ему прелести этой Девицы в столь очаровательном свете, что старик не мог воспротивиться их обаянию.
