12 шедевров эротики — читать онлайн бесплатно полностью

"

"Она собрала тарелки и ушла, пожелав покойной ночи. Алина осталась одна и не заперла дверь. Она решила всему покориться. Ах, все равно… ведь Шемиот женится на ней. В негодовании она уличила себя во лжи. Если она действительно его невеста, то зачем же она приехала сюда, как женщина легкого поведения? Она устыдилась. Только бы он женился… После всего, что случилось, он должен поднять ее в ее же глазах. Ведь ее душа загрязнилась ради него. Она была раньше совсем дитятей, с печальным детством, суровой гувернанткой, дружбой Христины. Она довольствовалась садом, книгами, платьями, считала величайшим удовольствием прогулку в автомобиле или на пароходе. Жизнь представлялась ей сладким сном. Ее никуда не тянуло. У нее не было невозможных желаний. Но теперь явился Шемиот, и она кричит от любви, как разъяренная самка, и (самое ужасное) познавши сладость запрещенных мыслей и желании, она не ощущает того, что бы ее оправдало, — она не хочет материнства.

Между тем Шемиот лежал на другом конце дома. Его рыжеватые волосы и сияющий лоб были смочены одеколоном. Он мучился мигренью и досадовал на самого себя.

Алина приехала… впрочем, он не сомневался, что к его приглашению она отнесется как к приказанию. Он ждал сильных ощущений — их нет. Всю спорную сладость обладания он познал уже мысленно. Действительность не даст ему ничего нового. Если же он воспользуется тем, что девушка влюблена в него, и не даст ей никаких обязательств, тогда получится второй экземпляр Клары. Целую ручки!.. Они загрызут друг друга. Надевать халат, туфли, красться в ее комнату… А наутро заплаканные глаза, упрекающее молчание, скорбные губы и ожидание, ожидание чего-то, чего никогда не будет… Какая пошлость! И ради чего? Ради ее крика, крика потерянной девственности?… А вдруг он ошибается, и она даже не девушка?…

Шемиот перелистал несколько страниц и читал, думая об Алине.

— Единственно, что я мог бы сделать, это прийти к ней корректно одетый, спокойный, прочесть ей длинную нотацию о девической неосторожности и высечь ее среди смятых подушек и горячих простынь. Алина была бы прелестна в испуге. Она вся была бы смятение, любовь, стыд, покорность и мольба… Ах, Алина, вы в моей власти…

Он выпил воды. Сильно побледнел, но его мигрень стихла.

— Все это мечты. Действительность гораздо грубее. Быть может, Алина окажется совсем не сладострастной в боли, не покорной… начнет истерично кричать, грубо плакать… Я не знаю. Во всяком случае, нужно помедлить. Я хочу причинить ей самый глубокий стыд. В наказании, как и в сладострастии, важен стыд, а не боль. Боль даже отрезвляет. Я подожду… Я терпелив, Алина… Я ведь еще не слышал, как вы объясняетесь в любви. У нас много времени.

Алина проснулась рано. Через жалюзи сверкало солнце.