Автор
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
Раздел Chitat.online для книги «12 шедевров эротики» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник эротических рассказов Октава Мирбо, переосмысляющих табуированные темы сквозь призму современности. Произведения, некогда считавшиеся скандальными, раскрывают интимные истории страсти и искушения, оставляя глубокий отпечаток на душе читателя своей откровенностью и художественностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «12 шедевров эротики» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ларош-Матье пользовался в газете исключительным авторитетом благодаря своему влиянию в Палате. Никто не сомневался в том, что со временем он станет министром. Затем пришли супруги Форестье, она — восхитительная в своем розовом туалете. Дюруа поразился, заметив ее интимность с обоими депутатами, она больше пяти минут тихо беседовала с Ларош-Матье, отойдя с ним к камину. У Шарля был изнуренный вид. Он очень похудел за последний месяц и беспрестанно кашлял, повторяя: «Мне следовало бы решиться провести конец зимы на юге».
Норбер де Варенн и Жак Риваль пришли вместе. Потом в глубине комнаты отворилась дверь, и вошел Вальтер в сопровождении двух взрослых девушек, на вид лет шестнадцати-восемнадцати. Одна была некрасива, другая хорошенькая.
Дюруа был изумлен, он знал, что патрон был человек семейный, но о его дочерях он всегда думал так, как думают о далеких странах, которых никогда не придется увидеть. К тому же он представлял их себе совсем маленькими, а перед ним были взрослые девицы, он почувствовал легкое внутреннее смущение, вызванное этой неожиданностью.
Они поочередно протянули ему руки, сели за маленький, предназначенный для них, столик и начали перебирать катушки шелка в корзиночке.
Ждали еще кого-то; все молчали; чувствовалось то особенное стеснение, какое обычно предшествует званым обедам, где после различно проведенного дня сходятся люди, не имеющие никаких точек соприкосновения.
Дюруа, от нечего делать, устремил взор на стены, и Вальтер издали спросил его, с явным желанием похвастаться своим добром:"
"— Вы рассматриваете мои картины? — подчеркнув при этом слово «мои». — Я вам сейчас покажу их, — и он взял лампу, чтобы можно было разглядеть все детали.
— Здесь пейзажи, — сказал он.
В центре висело большое полотно Гильме, изображавшее нормандское побережье во время грозы. Под пим — «Лес Арпиньи»; затем «Алжирская равнина» Гильоме, с верблюдом на горизонте, с большим верблюдом на длинных ногах, похожим на какой-то странный монумент.
Вальтер перешел к следующей стене и возвестил тоном церемониймейстера:
— Великие мастера!
Это были четыре картины: «Посещение больницы» Жерве, «Жница» Бастьен-Лепажа, «Вдова» Бурго и «Казнь» Жан-Поля Лорана. Последняя картина изображала вандейского священника, которого расстреливал у церковной ограды отряд «синих».
Улыбка пробежала по серьезному лицу патрона, когда он перешел к следующей стене.
— Здесь легкий жанр, — сказал он.
Прежде всего бросалась в глаза небольшая картина Жана Беро под названием: «Вверху и внизу». Она изображала хорошенькую парижанку, взбирающуюся по лесенке едущего трамвая.
