Студент Всеволод Залесский неожиданно попадает из современности в июль 1941 года. Оказавшись в самый разгар войны, он становится свидетелем страшных событий и должен найти способ выжить в кровавом времени, где каждый день может стать последним.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «1941. Время кровавых псов» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Студент Всеволод Залесский неожиданно попадает из современности в июль 1941 года. Оказавшись в самый разгар войны, он становится свидетелем страшных событий и должен найти способ выжить в кровавом времени, где каждый день может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Студент Всеволод Залесский неожиданно попадает из современности в июль 1941 года. Оказавшись в самый разгар войны, он становится свидетелем страшных событий и должен найти способ выжить в кровавом времени, где каждый день может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Шрифты вез… Типография, там, бумаги…
– Ты газетчик! – даже как-то обрадовался Орлов. – А я из штаба фронта. Погнали вчера выяснить обстановку, я до полудня добирался туда, а там как раз влетел под бомбардировщиков, машину – в клочья, водителя – в клочья, оглушило чуток, а пришел в себя – гутен таг, дорогие красноармейцы. Я прикинул, что тут дорога еще не перекрыта, закатил ночью потрясающий марш-бросок через лес, вышел сюда и только собрался выбираться на дорогу, как увидел тебя и мотоцикл. Если бы решил ночью в лесу вздремнуть, ты бы сейчас, товарищ младший политрук… Ты, кстати, почему не стрелял? В кобуре семечки?
– Почему семечки? – Севка вздрогнул. – «Наган»…
– А ну дай гляну. – Орлов протянул руку. – Дай, не боись, милай!
– А чего бояться? – Севка нащупал кобуру, передвинул ее на живот, очень удивился, обнаружив, насколько простая застежка на ней, и выругал себя мысленно идиотом за то, что не смог у дороги ее расстегнуть. – Держи.
И чуть не выронил оружие, которое зацепилось шнуром, тянущимся от рукояти к кобуре, за какой-то сучок. И еще раз выругался.
Старший лейтенант покрутил барабан, прислушиваясь к щелчкам, посмотрел на патроны и вернул револьвер Севке.
– Нормально, – сказал Орлов. – Нажимай да стреляй, и всех делов! Ты бы если бы не растерялся, сам бы всех супостатов положил, не дожидаясь моего участия.
Севка спрятал «наган» в кобуру. Откашлялся и спросил очень деловым тоном:
– А нам не пора идти?
– Идти? – переспросил Орлов. – Сева, куда идти, ты что – слепой и глухой?
Старший лейтенант указал рукой на дорогу. Севка оглянулся, попытался вскочить, но Орлов рванул его за портупею и повалил на землю.
– Одурел? Кто ж суетится в такой обстановке? Это ты пока лежишь или сидишь, или стоишь неподвижно, тебя не видно. А как двинулся – все, срисовали. Сюда они, положим, не полезут, но из пушки пальнут от всей души. Фуражку не надевай, лежи, смотри, отдыхай.
Отдыхать тут было, пожалуй, трудно, а понаблюдать…
Немцы шли по дороге сплошным потоком. Танков было немного, все больше грузовики, набитые солдатами, грузовики, тянущие за собой пушки, грузовики, забитые ящиками.
Несколько раз низко над колонной прошли немецкие самолеты, им махали, что-то кричали, но Севка не слышал выкриков, только низкий гул. Зато лица немцев рассмотрел в бинокль Орлова.
Обычные лица. Усталые, серьезные и улыбающиеся. Он даже рассмотрел немца, игравшего на губной гармошке.
До полудня старший лейтенант еще проявлял интерес ко всему, происходящему на дороге, даже, кажется, пытался подсчитывать что-то, время от времени делая пометки в записной книжке, но потом книжку спрятал в свою полевую сумку, приказал разбудить, если что, и мгновенно уснул, обняв винтовку.
