– Это сложно объяснить вот так, с ходу. Давайте перенесем этот разговор на завтра… Завтра у нас с вами еще будет время поговорить на отвлеченные темы. Никита!
Комиссар позвал негромко, но дверь открылась, и на пороге возник лейтенант.
– Никита, возьми, пожалуйста, Всеволода Александровича и надрессируй его по теме «Участие в получении награды из рук высокого начальника». Чтобы он все правильно сказал и сделал.
– Хорошо, Евгений Афанасьевич, – кивнул лейтенант.
– И, пожалуйста, поосторожнее с ним… во всех отношениях. Если повезет, он с нами останется надолго…
– Если ему повезет, – сказал Никита.
– Да, – согласился комиссар. – Но ни на секунду не забывайте, что он одним ударом убил Маэстро, а это…
– Я помню, – со странным выражением произнес лейтенант. – И буду осторожен. Во всех отношениях.
Севка встал.
Лейтенант отошел в сторону, пропуская его в дверь.
– Так почему вы решили, что я – подходящий кадр? – не оборачиваясь, спросил Севка.
Он смотрел в лицо лейтенанта, а тот не отводил взгляда от его лица.
– А я еще не решил. Я решил попробовать. А вам нужно надеяться.
– Я подумаю, – пообещал Севка.
– И примите к сведению, Всеволод Александрович… – Севка снова не оглянулся.
Лейтенант чуть прищурился и коротко дернул головой, приказывая обернуться.
– Да пошел ты… – одними губами прошептал Севка.
– Никита, только без рук. Молодой человек хамит с перепугу. Его можно понять. Но вы уже потрудитесь повернуться ко мне. Мы же выяснили с вами, что вы не хотите умирать в ближайшее время.
Севка четко повернулся через левое плечо и даже щелкнул каблуками.
– Вот, – удовлетворенно протянул комиссар. – Чему-то вас даже в вашей независимой армии научили. Кроме тактико-технических данных… как это? Автомата Калашникова, «АК» семьдесят четыре. Так вот, Всеволод Александрович, хочу еще раз указать на основные точки нашего с вами взаимопонимания. Вы можете отсюда сбежать…
Лейтенант за спиной Севки издал странный кашляющий звук.
– Можете, если повезет, – сказал комиссар. – И что дальше? Вы попытаетесь найти кого-то, кто поверит вам больше, чем я? Прошу вас это осознать. И еще – прошу вас выбрать как можно быстрее, лучше немедленно, форму нашего сотрудничества.
– Из чего выбирать? – поинтересовался Севка.
– Ну… Осознанный выбор, основанный на понимании отсутствия альтернатив, – лучший вариант для всех.
– Второе?
– Второе… когда в конце прошлого века…
– Девятнадцатого? – спросил Севка.
– Что? А, да, чуть не забыл, вы же из двадцать первого… В конце девятнадцатого века во Франции встал вопрос о создании контрразведывательной агентурной сети. И кому-то из тамошних специалистов пришла в голову замечательная мысль – употребить в этих целях парижских проституток.