Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
Раздел Chitat.online для книги «1942. Реквием по заградотряду» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты ведь собирался план сюда присовокупить, но забыл, наверное? Как мне кажется, визу ставил товарищ Токарев. Он должен вспомнить этот рапорт. Там машинка сбоила, буква «Т» заглавная отпечатывалась слабо. На этой же машинке в папке отпечатаны два документа. Я не прав?
Побледнев еще больше, Домов просмотрел папку, вскочил, бросился к выходу, но его остановил Токарев:
– Вернитесь, товарищ Домов! Потом найдете эту бумажку, тем более что я ее помню. И вы ее помните. И, как оказалось, Евгений Афанасьевич ее тоже помнит, хотя, казалось бы, откуда. Но он нам расскажет, я надеюсь…
– Отчего нет? – искренне улыбнулся Корелин. – Вы ведь помните, к какому странному, чтобы не сказать, фантастическому выводу приходит Дима Домов? Путешествие во времени, если я не ошибаюсь? В пространстве и времени, если быть точным. И предлагает взяться за мою скромную персону с особым тщанием, и выдавить из меня информацию, необходимую для победы в этой войне… да что там войне… во всем мире дела коммунизма. Я чуть не прослезился, когда читал.
– Когда читал? – спросил Домов, подавшись всем телом к Корелину. – Кто тебе дал папку?
– Лично Даниил Ефимович Орлов, прибывший ко мне для беседы сразу же после твоего ухода. И вот с этой самой папочкой… – подтвердил Корелин, увидев, что Домов берет папку в руки. – Осторожнее, она не завязана…
Со своим предупреждением Евгений Афанасьевич опоздал – один листок выскользнул и спланировал на стол, зацепив уголком вишневое варенье.
– Протокол допроса, – удовлетворенно улыбнулся Корелин. – А я все сомневался, почему это на нем нет пятнышка. А теперь – все совпадает. Ведь, казалось бы, все знаю по этому поводу, даже сам путешествовал, но как-то отказывается мозг принимать… Пытается сделать вид, что ничего этого не было, что не верит мое сознание в реальность происходящего…
Домов взял листок и вложил его в папку. Завязал веревочки. Положил папку на край стола.
– Браво, – тусклым голосом произнес Токарев. – Мне случалось видеть выступление Вольфа Мессинга, но… Вы произвели на меня впечатление. Браво! Честно признаюсь – до последнего мгновения сомневался. Слишком уж…
– Как ты это делаешь? – выдавил из себя Домов. – Как ты летаешь?..
– Летаю, плаваю, переношусь… Оба раза, при отправлении туда и при возвращении оттуда, я просто сделал в нужном месте в нужное время шаг вперед. И оказался в другом месте. Вот и все, что мне известно. Кроме этого я знаю, что проходы называются воронками, что они открываются на время и исчезают. И пропускная способность у воронок разная. Через одну прошли почти два десятка человек с оружием, в другой исчезли четыре установки реактивных минометов. А одна пропустила сквозь себя только одного человека, да еще голого.
