А определяется победитель просто – всем раздадут номера, а потом каждый из зрителей напишет номер победителя и бросит его в корзину. Организаторы посчитают, и объявят счастливцев.
И тут у меня в голове зародилась безумная идея… а почему бы и нет?! Хе хе хе… будет что вспомнить, точно! Я подмигиваю Ольге, встаю и протискиваюсь к организаторам действа. Через три минуты у меня есть номер пары – «8». Следующий шаг – подзываю администратора, и прошу предоставить мне свободную комнату – всего на полчаса. Нам с подругой нужно потренироваться в танце! Администратор понимающе улыбается, мол, знаем мы, какой вы танец собираетесь отрабатывать! Но относится к моей просьбе вполне благосклонно – всего за пятьдесят баксов. «Зеленые президенты» никогда не подводят.
Я поднимаю мою спутницу, непонимающе наблюдающую за всеми моими действиями, жестом предлагаю ей оставить пиджак на месте – мы же никуда не уходим! И веду ее за собой. Один из охранников (это я вижу краем глаза) идет за нами, а мы следом за администратором.
Комната довольно большая, и оборудована всем, что нужно для интима – стол, стулья, кресла, и огромный диван-сексодром. Ольга вероятно вдруг решила, что я ее веду «в номера», застыла, с прижатыми к груди руками с пальцами, сжатыми в кулачки, но я ее быстро «разочаровал»… или все-таки разочаровал?
– Сейчас отработаем движения – я тебе их покажу – и станцуем в конкурсе. Ты же занималась танцами? Ну и вот! Там все просто: идея в том, что мы с тобой плывем друг к другу. Плывем, тонем, снова плывем! Движения похожи на движения пловцов, а еще – движения положены на твист. Смотри, я сейчас тебе напою мелодию, она здесь хорошо известна, танцевать будем под нее. Итак…
И я выдал напев из песни Чака Берри «You Never Can Tell». Ольга взвизгнула, захлопала в ладоши:
– А я знаю эту песню! Знаю! Здорово! Она мне нравится! Я ее здесь слышала, и не раз! Даже подпевала!
– Ну слава богу – вздохнул я облегченно – Теперь смотри, вот что ты будешь делать! И запомни – ты танцуешь… хмм… жестоко! Вот как назовем это – жестокий танец! Ты наседаешь на меня, наседаешь! Потом я на тебя! И мы плывем, плывем! Вот так! Так!
Ольга была очень понятлива и память ее была если и похуже моей, то наверняка превышала по уровню память большинства из женщин, которых я встречал в своей жизни. А еще – она была прирожденной танцовщицей – с чувством ритма, с пониманием мелодии, которую она сама же и пела, ни разу не сбившись ни с одной ноты. Через двадцать минут номер был готов.
Мы вышли из комнаты под равнодушным взглядом нашего охранника и под слегка насмешливыми взглядами официантов и официанток, пробегающих мимо нас на кухню. Ясное дело, думали они вполне однозначное. Да и черт с ними.