Внутри все звенело от адреналина, мир вокруг был ярким и гулким, а во рту – привкус крови. Когда я успел губу прикусить – даже и не знаю. Вечно страдают таким… хмм… дефектом. То прикушу губу, то обожгу… торопыга, как говорила моя бабушка!
Мы вернулись в ту же комнату, где я разговаривал с Симоновым. Того уже не было, комната была пуста. Нестеров опустился на стул, прикрыв за нами дверь, а нам с Ольгой предложил сесть на диван.
– Ну что, рассказывайте! Что случилось? И как можно более подробно. Нужно знать все детали.
Я вздохнул, и начал рассказ. О деталях беседы с Никсоном я само собой говорить не стал – так, в общем рассказал, можно сказать ниочем. О событиях после обеда с Никсонами – уже подробно, с деталями, но без каких-то своих комментариев. И так – до того момента, как нас посадили в машину и привезли сюда.
Нестеров выслушал все молча, вопросов не задавал. Только когда я закончил, кивнул и спросил совсем не о том, о чем я ожидал вопроса:
– Можно Симонов к нам присоединится? Он опытный оперативник, и нам все равно придется работать вместе с ним. Он извинится за свое поведение. И он слышал все, что мы тут говорили, сам понимаешь.
Я кивнул, и через пару минут Симонов переступил порог комнаты.
– Прошу меня простить, не сдержался! Приношу свои глубочайшие извинения!
Я снова кивнул, внутренне усмехнувшись – вот же сволочи! За дурака меня держат! Плохой следователь – хороший следователь! Этот меня обидел, а этот поддержал, и потому я ему выложу все с охотой, с расстановкой, без утайки! Ведь как можно врать такому доброму, хорошему человеку, как Нестеров? Особенно если знаю его уже достаточно давно. Даже немного досадно – неужели они считают меня таким уж идиотом?
Но говорить по этому поводу ничего не стал. Считают идиотом – так пусть считают. Дураку легче жить, никто не воспринимает его всерьез. И не ожидают от него хитрых ходов.
– Что вы думаете по поводу нападений? Как видите эту ситуацию? – тускло спросил Симонов – есть версии?
– Только одна. Я засветился как предсказатель, дал несколько прогнозов, уберегая людей от катастроф и раскрывая местных маньяков, а потом встретился с президентом США. Это послужило катализатором процесса. Никсон явно мог усилиться настолько, что его будет невозможно убрать со своего места. И его решили убрать другим способом – подставив мою фигуру на роль убийцы президента. А потом попытались убрать и меня, чтобы скрыть все концы. Действуют они неофициально, чтобы не было широкой огласки.
– Чего они добивались, подставляя именно вас? Кто для них вы?
– Советский агент, конечно. Нападает на неосторожного, глупого президента, который имел неосторожность поверить Советам. Вот и получил… то, что получил. А все потому, что Никсон собрался улучшать отношения с Советским Союзом.