Поэтому, когда до меня все же дошло, что же это такое происходит, ее руки уже порядочно задрали мое платье и гуляли по моим ягодицам. Ах, ты ж елки!
– Отста… Отстань! – собрав все силы в кулак, оттолкнула сумасшедшую от себя.
Нет, и кто из нас двоих более ненормальный??
– Сладкая, – Индира облизнула губы, – чего ты так боишься? В моих руках, детка, тебе будет хорошо, как никогда. Ты много упускаешь.
– Ничего я не упускаю. Убирайся отсюда!
– Ну, это ты можешь не требовать от меня, – показала она пальцем на баночку с таблетками, рассыпавшимися на полу, – после этого, я тебя точно одну не оставлю. С сексом можем подождать, но глупости творить ты тоже не будешь.
– Это не твое дело, что я буду творить, а что нет. Ты мне никто, – божечки, как она меня бесила.
– Ты расскажешь, что случилось? – вдруг спросила незваная гостья. – Ты не поверишь, я хороший слушатель.
Я посмотрела на нее с удивлением. Да, этот вечер давно перестал быть томным, и преподносит сюрприз за сюрпризом.
– Нечего тут рассказывать, особенно тебе.
– Ну, не злись. Ты сама спровоцировала меня на это страстный порыв, – сказала она, слегка пожав плечами.
А потом, как будто была у себя дома, нашла включатель на стене и щёлкнула им. Зажегся свет. Вся романтика прощания с жизнью вмиг испарилась. Индира уселась на одну из дешевых табуреток так, как будто для нее такая обстановка совершенно привычна.
– Я сразу заметила, – продолжила она, – что ты совсем не осознаешь свою красоту и то, как ты сексуальна. К твоему сведению, с тобой рядом очень трудно находиться. Многие женщины пластикой, косметикой и одеждой не могут добиться того, что есть у тебя – природная сексуальность. И дело совсем не в формах. То есть и в них тоже. Но ты ее источаешь, как будто дышишь ею.
Индира покопалась в крохотной, гламурной сумочке и выудила оттуда сигарету с зажигалкой. Привычно прикурила и с наслаждением затянулась."
"– Ты же не против? – скорее резюмировала, чем спросила, она. – Да вижу, вижу. Ты, наверное, в своей прекрасной головке думаешь, что мы все втроем сошли с ума? Вернее будет сказать, вчетвером. Моего папочку ты тоже успела очаровать, – как то горько усмехнулась девушка. – Что мы так бросаемся на всех мало-мальски симпатичных девочек? Ты сильно ошибаешься, детка. Добрыня никогда никем так не увлекался. Алексей – избалован женским вниманием. Его соблазняли знаменитые красавицы со всего мира. А уж что говорить о моем придирчивом вкусе. И, поверь, сейчас за тебя развернулась настоящая война, моя красавица. И ты достанешься тому, кто победит. Надеюсь, это буду я.
– Не надейся, – устало буркнула я и тоже опустилась на табурет. Все, сдаюсь, они меня доконали.