А к вечеру ему сообщили — без поездки в один из близких к Москве регионов не обойдется. Проверка выявила сомнительные махинации среди высокого управленческого состава.
К концу рабочего дня он вспоминал сумасшедший дом моды как оазис безмятежности и покоя. Мечтая о машине времени и возврате в Италию, Тим пил зеленый чай и старался хоть как-то разгрузить голову перед дорогой домой. Но еще одна проблема прилетела, откуда не ждали. Вишенкой на торте бешеного будня стал звонок бывшей жены.
— Здравствуй, Тим, — деловито произнесла Мила, едва он принял вызов.
— Здравствуй, — ответил мужчина.
— Не спрашиваю как ты, знаю, у тебя всегда всё в порядке, — заявила экс-супруга, — перейду сразу к делу…
Тимур только хмыкнул. Людмила произнесла фразу о его благополучии таким тоном, как будто ее это не на шутку обижало. И уж тем более, он не мог понять, из чего она делает такие выводы. Хотя даже когда они жили вместе, она не особо интересовалась его настроением.
— Давай по существу, — согласился он с женщиной.
— Я присмотрела для Арсения школу в Штатах, — сообщила Мила, — он интересуется программированием, и я хочу, чтобы он изучал его на современном уровне.
— Я в курсе интересов своего сына, — перебил ее Тим, — но ты не считаешь, он еще мал, чтобы находиться так далеко?
Бывшая жена на другом конце провода раздраженно выдохнула.
— Ему через два месяца двенадцать, к началу следующего учебного года будет почти тринадцать. Это самый оптимальный возраст для начала обучения в Америке. Если ты беспокоишься о деньгах, то Гани обещал помочь…"
"— Я способен заплатить за учебу своего сына в любой точке мира без твоего нового мужа, — жестко пресек ее шпильку Тим, — меня волнует другое. Мы и так с ним толком не видимся, с учебой за океаном это станет еще сложнее.
— Ты как всегда думаешь только о себе! — произнесла Людмила тоном, словно в чем-то его подловила. — Подумай о будущем своего ребенка! Вот Гани…
— Да он спит и видит, чтобы отправить его подальше! — повысил голос Тим. — Если тебе надоел Сеня, привези его мне. Я подберу ему школу при лучшем факультете.
— Не смеши меня, — устало проговорила Мила, — в общем, так — или ты даешь согласие, или сам сообщаешь сыну, что ты против его мечты. В конце концов, будут каникулы, когда ты сможешь его забирать. Сам слетаешь, для тебя это не проблема.
Тим ослабил галстук. Ему показалось, кислород в кабинете уменьшился вдвое.
— Людмил, — его голос стал тише, — я не налетаюсь в США, это не так просто. А Сеня не хочет приезжать ко мне один, потому что ты запугала его тем, что я хочу его забрать.
— А разве ты не хочешь?! — быстро спросила женщина. — Всё, Тим. Приехал Гани, я больше не могу говорить. Ты сам понимаешь, ради Арсения мы должны оставить наши разногласия и наш эгоизм.