Мне придется вдаваться в мучительные подробности, но это необходимо для того, чтобы можно было увидеть, насколько хорошо работает здесь принцип «Встаньте на сторону оппонента».) Иван рассказывает Алеше о зверствах, которым турки и черкесы подвергали детей в Болгарии, как они вырезали младенцев кинжалом из чрева матерей, как подбрасывали детей в воздух и ловили их на штыки. Как развлекались, смеша малышей, а потом наводили на них пистолет и стреляли им в лицо. Он говорит, что, когда иногда выражаются про «зверскую» жестокость человека, «это страшно несправедливо и обидно для зверей: зверь никогда не может быть так жесток, как человек, так артистически, так художественно жесток»."
"Когда Иван рассказывает все эти истории, его эмоциональное состояние кажется нестабильным, чередуясь между приступами печали и чем-то похожим на вспышки безумия. Он вспоминает об однажды вычитанном им из брошюры происшествии, имевшем место в Швейцарии, где родители подарили пастухам незаконнорожденного ребенка лет шести, чтоб «употреблять [его] в работу». С ним обращались как с животным, почти не одевали и часто оставляли без еды. От голода он воровал помои у свиней, а когда вырос, то стал вором и однажды убил человека. Его судили и приговорили к смертной казни. В тюрьме же его окружали пасторы и члены разных Христовых братств, научили читать, писать, растолковали Евангелие. Его «усовещевали, убеждали, напирали, пилили, давили, и вот он сам торжественно сознается, наконец, в своем преступлении». Вся благотворительная и благочестивая Женева ринулась к нему в тюрьму, чтобы отметить, что на него сошла благодать. И вот человека, который был воспитан как животное, не знал Бога и по большому счету не был виновен в своих грехах, «втащили на эшафот, положили на гильотину и оттяпали-таки ему по-братски голову за то, что и на него сошла благодать».
Следом Иван рассказывает об образованной паре соотечественников, жестоко избивавшей своего маленького ребенка. Семилетнюю девочку били розгами, причем выбирали прутья с сучками, чтобы «садче» было. Им доставляло удовольствие причинять малышке боль. «Я знаю наверно, есть такие секущие, которые разгорячаются с каждым ударом до сладострастия, до буквального сладострастия, с каждым последующим ударом все больше и больше, все прогрессивней». По какой-то случайности дело дошло до суда, но пара наняла адвоката, который настоял на том, что дело это простое, семейное и обыкновенное, но вот, к стыду наших дней, дошло до суда. И они так и не понесли наказания. Присяжные вынесли оправдательный приговор, а публика ревела от счастья, что оправдали мучителей. Иван с горечью добавляет: «Э-эх, меня не было там, я бы рявкнул предложение учредить стипендию в честь имени истязателя!..