Медленно рассказывает вещи, в которые я верю безоговорочно:
— Я бы тебя всю ночь трахал. До тех пор, пока ты не начала бы плакать и просить отпустить тебя. Во всех бы позах натянул. Но ты, похоже, под кайфом.
И отпускает меня. Я отшатываюсь на последнем издыхании, на остатках силы воли, которая покидает меня.
— Вали к выходу. И больше не пей с незнакомыми парнями, — напоследок бросает мне мужчина, и я убегаю. Уношу ноги подальше, лишь бы не идти на компромисс со своим телом, или совестью, или черт его знает… но алкоголь слишком уж сильно рушит мои барьеры. Если бы мы были одни — не знаю, что случилось бы. Наверное, я бы сдалась. Он умеет… удовлетворять языком. И обещать страшные вещи. Но очень волнующие.
Пока я пробираюсь через толпу, то пытаюсь вспомнить, какое такси мне он заказал. Номер не помню абсолютно. Но вряд ли кто-то еще отсюда сейчас заказывает дорогие тачки. Узнаю, увижу, спрошу сама.
На улице идет мерзкий, прохладный дождь. Я бегаю по парковке, на периферии зрения мелькают гало и шлейф от света фонарей, а я понимаю, что меня нахлобучило просто насмерть. Удивительно, что еще передвигаюсь на своих двоих. По рассказам я, вроде, должна уже обниматься с унитазом, но в меня словно батарейку вставили. Странная энергия плещется через край. И я ее трачу, наворачивая круги в поисках нужной машины.
Бред. Машины нигде нет. Только пустые стоят. Да и то несколько штук — кто в клуб ездит на своем транспорте?
Прислоняюсь к столбу и обреченно смотрю на вход ночного клуба. Сейчас выйдет какая-нибудь подпитая компания и мне точно конец. Не идти же пешком до дома?
Я понуро возвращаюсь внутрь, чтобы найти того человека и просто спросить про такси. Может, оно встало где-то в другом месте. И внезапно налетаю на мужчину, который в этот момент выходит на улицу. Я выставляю вперед ладони, чтобы затормозить его и упираюсь в рельефные мышцы пресса под белой рубашкой.
Поднимаю взгляд и обреченно краснею. Господи. Это перед ним я облизывала сэндвич. По глазам вижу, что он это запомнил. Я произвела «нужное» впечатление. Как говорила Эля — «хочешь запомниться мужчине — обсоси при нем продолговатый предмет».
— Я такси потеряла, — оправдываюсь зачем-то я, глядя в темные глаза. Блин, я ему по плечо. Макушкой, точнее, до плеча достаю. Это вообще законно — быть такой горой?
Даже не уверена, что он мне ответит. Но внезапно слышу низкий и грубоватый голос:
— Могу подкинуть. Куда?
— Далеко, — я называю станцию метро, смутившись еще больше, — это реально далеко. Не стоит беспокоиться.
Он кивает мне за спину, в одиноко припаркованный БМВ.
— Садись.