Вероятностей много, и… Я не знаю, что мне с ними делать.
— Признаться, я не являюсь знатоком ясновидения, княжна, и слабо понимаю, что вы чувствуете, и о чём говорите. Но если я как-то могу помочь…
— Помочь? — она на секунду задумалась, — Нет, вряд-ли. Мой дар — это моё проклятье, Марк. И моя ноша. Так что… Придётся справляться самой.
— Тогда зачем вы здесь?
— Предупредить. Снова, — взгляд золотистых глаз сверкнул металлом, — Остерегайся Григория.
— Что⁈
Единственный Григорий, которого я знал — отец Марка. А с ним у нас, как ни странно, отношения как раз начали налаживаться. Чем он может быть опасен?
— Это всё, что я могу сказать. Фортуна… Не любит долгих разговоров. Её фразы короткие, едва слышные и… Не всегда понятные. В данном случае я просто передаю тебе её слова.
— Фортуна, значит?.. — я припомнил все те случаи, когда мне припоминали её везение, и отчего-то напрягся, — Что ж… Буду надеяться, что она не готовит для меня какой-нибудь смертельный сюрприз.
— А я буду надеяться, что ты будешь выбирать нити судьбы осторожнее, Марк.
Княжна грациозно встала и лёгким шагом направилась к двери. Взявшись за ручку, она вышла из апартаментов, а я откинулся на спинку кресла.
— М-да… Вот уж таинственных посланий от ясновидящей мне только не хватало…
* * *28 декабря.
Несмотря на щекотливое предупреждение Долгорукой, я не стал замыкаться в себе, паниковать или направлять все мысли на распутывание загадочных слов Варвары.
Пророчества в мире местной магии были не чем-то нерушимым — а потому ими пользовались с осторожностью. Ни в качестве доказательств в суде, ни в качестве наводок в полиции — ни в чём подобном их не использовали. А всё потому, что когда грядущее становится известно (пусть даже в самой малости) — его можно очень легко исправить или нарушить. Последствия «предсказаний» предугадать было нельзя, никаких чётких методов обучения провидцев не существовало — а потому воспринималось подобное скорее как…
Ноющая боль в сломанной ноге перед дождём, например.
Утром двадцать восьмого числа непогода разбушевалась — как и предсказывали метеомаги Салтыкова. Ветер ревел за окнами, как дикий зверь, мощнейший снегопад обрушился на остров, и за ним не было видно почти ничего.
Нашим планам это нисколько не помешало — мы занимались тем, что развлекались, благо интересностей князь для нас подготовил массу."
"Например, его магическая реальность оказалась офигеть какой интересной вещью! Плюс-минус тем, что собирался сделать я — осязаемыми иллюзиями, способными физически взаимодействовать с людьми и окружением в режимах разных сценариев.