Он сидит за столом весь такой важный, в идеально отглаженном черном костюме, активно попахивает одеколоном с ярко выраженными древесными нотами. Вижу в его руках золотую зажигалку Zippo. Он поигрывает ею, буравя меня взглядом.
Вдруг представляю, как подхожу к нему со спины, выхватываю эту Zippo и… поджигаю его мерзкие блондинистые кудри. Он заорет, начнет размахивать руками, будет молить о помощи, а я выбегу из кабинета и плотно закрою дверь. Не позволю ему спастись… Он так и сгорит заживо, корчась на дорогом бежевом ковре в этом дьявольском кабинете.
— Вы что-то хотели, триста тридцать третья? — обращается он ко мне.
Мотаю головой, отгоняя образ этого плейбоя, корчащегося на полу с пылающими волосами.
Сажусь на предложенное мне место — напротив него.
Сама не верю в то, что говорю:
— Я хочу попасть на ежегодный аукцион четырнадцатого февраля…
— Откуда такая тяга к работе? — с ухмылкой спрашивает он. — Вам полагается отдых и реабилитация. Вы еще не готовы! Я хотел подобрать вам джентльмена в середине марта…
О как божественно бы это было — провести здесь почти два месяца, каждый день видеть Аню, играть с ней, наслаждаться спокойной жизнью. Только одна проблема — я больше не могу ничем наслаждаться. По-прежнему вздрагиваю от каждого сообщения на телефон, почти не сплю и есть тоже не могу. Меня грызет страх: Роман освобождается, каким-то чудом меня выкупает, и тогда меня уже ничто не спасет, ничто… Я должна исчезнуть отсюда до того, как он снова объявится.
Фонд не выдаст моего местоположения, они держат в тайне имена покупателей. А за время моего следующего контракта с Войтовым может случиться всё, что угодно. Так я смогу выжить. Пожалуй, это единственный путь.
— Я достаточно отдохнула, — отвечаю со всей серьезностью, на какую только способна.
Достаю из сумочки белый конверт. В конверте самое дорогое из того, что когда-либо дарил мне Роман — серьги с крупными бриллиантами. Я получила их за то, что сильно расшибла голову, когда ударилась о край стола во время одной из игр. Я не продала эти серьги из-за их ценности. Хотела оставить их Ане на будущее. Деньги может сожрать инфляция, а бриллианты ей не по зубам. Однако сейчас не время думать о будущем, сейчас бы просто выжить…
Кладу конверт перед менеджером.
— Я вполне годна для нового контракта. Вот и справка…"
"Борис заглядывает внутрь, долго смотрит на серьги. Видимо, пытается навскидку определить их стоимость. Пока он это делает, мое сердце колотится с удвоенной силой. Давать менеджерам взятки вроде как запрещено — за это полагается наказание в виде изолятора сроком от нескольких дней до месяца. Это, конечно, в том случае, если менеджер пожалуется, но чаще всего никаких жалоб не поступает.