Значит вот как я ему нужна…
Что ж! Не в моих правилах напрашиваться. Я сделала все, что могла.
Не произнося больше ни слова, я вышла из комнаты, чтобы вернуться вниз.
Мне нужно было время, чтобы прийти в себя, успокоиться, и убрать с глаз следы слез, поэтому, я решила не пользоваться лифтом, а пройти пешком.
И спустившись пару пролетов я услышала шаги. Его шаги!
Улыбка сама поползла по лицу. Он бежит за мной! Ко мне! Значит, одумался! Понял, что я приходила не просто так!
Я деловито продолжила спуск, как будто мне все равно, пусть не думает, что я рада его прозрению.
— Я могу тебя попросить? — ничуть не запыхавшись, он остановился позади меня и осторожно дотронулся до моего плеча.
Ну что, сделала я тебя? Какого лешего выделывался?
Теперь я надела маску пофигизма и обернулась.
— Мне нужно на мою планету. Есть дела, которые без меня не решат. Если ты не против…
Я возьму тебя с собой? Мы уедем вместе? И там будем только вдвоем, да? Ведь именно это ты скажешь сейчас?
Кажется, щенячий восторг буквально брызгал из моих счастливых глаз, пока он не продолжил.
— Я вернусь к своему времени, а до тех пор не буду смущать тебя своим присутствием.
Если бы челюсть могла отвалиться, моя бы уже валялась на полу. Я впервые в жизни не знала, что ответить. Внутри все кипело, вот только ни слова в моем потоке гнева нельзя было разобрать. Поэтому, я просто решила уйти.
И лишь, пройдя еще десяток ступеней, немного пришла в себя.
— Я тебя не держу, — получилось скомкано и тихо, но уверена, он услышал.
20. Начало положено.
Стоит ли говорить о моем настроении, которое упало ниже плинтуса? Меня послали! Не буквально, конечно, но смысл тот же.
К своему времени он приедет! Облагодетельствует меня, несчастную!
А я-то думала, что он не такой как остальные: обходительный, спокойный, надежный. А тут, на тебе! Разобиделся на то, что остальные мужья, имеющие на меня такие же права, как и он, немножечко его опередили.
Расторопнее надо быть! Тоже мне, обиженка!
— Ну что, мальчики! Приступим?
Нарисовав улыбку, я обняла сразу двоих, правда больше по-дружески, нежели любовно, но их и это удивило.
Если неправильно поймут, ну и пусть. Мне терять нечего! Зато время хорошо проведу. Как говорят умные люди, если не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней!
Обслужить за ужином нас взялся сам шеф. Стоило лишь поставить блюда на стол, как мои мужья изменились в лицах.
— У вас разрешение на отлов рыбы? — Сид чуть ли не со слезами взглянул на повара, в его лице было столько обиды, горя, будто перед ним лежал его любимый хомяк, запеченный под сливочным соусом.
— Ваша гэйтана пожелала, не мог ей отказать, — оправдался тот.
Кажется, происходит что-то неладное.
Сид уставился на меня, требуя объяснений. Только я не понимала, что конкретно я должна объяснить.