На враждебном Западе этот защитный барьер назван «железным занавесом». Какое точное определение! Но только ли с целью остановить опасное тлетворное влияние западной идеологии был построен «железный занавес»? Наверняка нет. Идеология – только одна сторона медали. Вторая сторона у нее была, конечно же, экономическая. Чтобы наши ресурсы не питали сырьём западную промышленность. Но, может, есть ещё и скрытая сторона. Тогда, какая? Неужели сохранение генофонда русского этноса? То, что Иосиф Сталин не был интернационалистом, секретом для меня не являлось. Знал я и то, что Иосиф Виссарионович, будучи полугрузином, нисколько не стеснялся исповедовать настоящий русский национализм. Одна его речь о значении русского народа, которую он произнёс на своем юбилее семидесятилетия, чего стоит! Но, с другой стороны, СССР заселен был не только русскими! Как можно было сохранить чистоту суперэтноса, да и чистоту других этносов в таких условиях?»
И тут до меня дошло:
«Конечно же, развитием национальных культур! Не внедрением западной массовой псевдокультуры и сломом всего национального, а наоборот. Что в СССР, в эпоху Сталина, и делалось! Как всё оказывается просто! – думал я. – Сколько же этот гений Джугашвили знал и понимал? И как он был одинок в своём подвижничестве?!»
На миг я представил себя на месте Сталина и у меня внутри что-то сжалось.
«Что значит максимально создать условия для развития национальных культур? Без национализма такое дело просто завалится! Но какого национализма? Только положительного! Как сказал Добран Глебыч, под знаком плюс. Когда человек по-настоящему любит свой народ и свою культуру, он волей-неволей понимает людей другого этноса и воспринимает их культурное наследие с большим уважением. Это один из законов психологии. И Сталин этим законом великолепно пользовался. При нём был полностью растоптан шовинизм. Но положительный национализм только окреп. Так что же получается? Выходит, Советский Союз при Coco Джугашвили являлся империей умеющих дружить между собой националистов? Другого объяснения такому явлению я не нашёл. Просто национализм был иного качества. Он являлся положительным, не эгоистичным, не подавляющим вокруг себя другие этносы и культуры. И тут мне пришли в голову воспоминания о жизни великого русского художника Сурикова в Казани. Описывая жизнь русских и татар в столице бывшего ханства, Суриков прямо указывает на уважительное отношение и тех, и других друг к другу. Описал художник, как сообща, и татарами, и русскими, справлялись в Казани все без исключения татарские и русские праздники. Удивляет, что русские чествовали своих соседей мусульман, а татары с удовольствием посещали христианские празднества. И те, и другие каждый год собирались на осенний сабантуй.