В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Книга 4. За семью печатями» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Георгий Алексеевич Сидоров Легкое чтение Любовные романы подборки серии
В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Я, боевой командир, должен отправить инвалидов в стан врага! Если вы спятили, то я-то тут причём?
– У тебя есть другой план? – спросили его старики. – Если есть, то мы пас. Если плана нет, то выдай нам по кинжалу, красный флаг и лодку.
Подполковнику делать было нечего. Махнув на ненормальных рукой, он приказал выдать им то, что они просят. Назавтра, ранним утром десять стариков, подняв белое полотнище, отправились на своей лодке к острову. Подполковник только покачал головой. Вся эта затея казалась ему несусветной глупостью. Но каково было его удивление, когда в десять вечера над островом поднялся красный флаг! Сначала он отказывался верить своим глазам. Думал, что немцы устраивают русским очередную ловушку. Но когда высланные разведчики сообщили, что кроме ополченцев на острове никого нет, он дал приказ десанту. Позже десантники ему рассказали, что весь остров был усеян трупами финнов и немцев. Причём фрицы сжимали в руках оружие. Они пытались сопротивляться. Но почему-то не смогли. А ополченцы с острова куда-то исчезли. Подполковник несколько раз пытался их найти, чтобы представить к наградам, но последующие события его отвлекли. И вот, по прошествии многих лет, он опять вспомнил тот случай. И попросил, чтобы ему, старому человеку и бойцу, объяснили, как такое могло произойти? Понятно, что генералу никто ничего толком не объяснил. Потому что простые люди забыли о своем воинском наследии. А те, кто его помнят и знают, предпочитают молчать. Вот и Добран Глебыч, отметелив кавказцев, ничего о своём умении побеждать в милиции не сказал. Просто продемонстрировал следователю громадную силу! Очевидно, здесь тоже заложен элемент традиции.
«Спросить бы его, может, он знает о тех героях, которые в рукопашной схватке освободили остров от финнов и немцев», – подумал я засыпая.
Когда я открыл глаза, в доме ещё спали, но мне почему-то спать не хотелось.
«Слишком много впечатлений! – думал я. – и ещё мучают вопросы, на которые ответов пока нет».
До меня никак не доходило упорное стремление этой маленькой группы людей сохранить наследие давно погибшей цивилизации.
«Что ими движет? – думал я. – Какая сила заставляет потомков «чуди белоглазой» упорно жить в традиции, которая вот уже тысячи лет на Земле никем не востребована? Да была бы у них жизнь гладкой и безоблачной? Но ведь она всегда отличалась неимоверными трудностями! Но эти люди каким-то образом себя сохранили! Соседи, потомки новгородцев, считают их странными, потому что перед ними фанатики – старообрядцы. Под такой личиной «выселковские» живут двести с лишним лет. Но под каким камуфляжем они существовали раньше? Например, во времена крещения зырян и Великой Перми, начиная с XIV века по XVII? В ту эпоху здесь, на севере, царила немалая смута.
