В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Книга 4. За семью печатями» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Георгий Алексеевич Сидоров Легкое чтение Любовные романы подборки серии
В этой части эпопеи раскрываются законы мироздания и энергообмена в семье. Герой ищет выход из ловушки цивилизации, а отношения между мужчиной и женщиной становятся центральными. Интрига связана с поиском Чердынцева и его ролью в загадочных событиях.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кто они были, эти воинственные властелины Лукоморья? Известно, что одевались мангазеи, не как самоеды. Одежда у них была иной, наподобие эвенкийской. Носились по тайге и тундре они на лыжах, подшитых соболиным мехом.
«Здесь, скорее всего, летописцы присвистнули, – подумал я. – Соболий мех на лыжи не годится. Наверное, лыжи мангазеев были подшиты шкурой выдры. Но самое главное – то, что все летописи о землях Лукоморья рассказывают, что мангазеи были высоки ростом, голубоглазы и светловолосы. И что самое интересное, говорили на понятном казакам языке».
От пришедшей в голову догадки я даже остановился.
«Неужели тазовские мангазеи и путоранские нгомэндри – один и тот же народ? Постой-постой! – рассуждал я про себя.– Мангазеи… На что походит это слово? На название реки Алазеи! А как перевести?»
Выйдя к небольшому ручейку, я сбросил рюкзак и взялся за разбивку лагеря. За час до полной темноты и первых звёзд у меня всё было готово. Усевшись на валун и глядя на языки пламени костра, я снова вспомнил о реке Алазеи и мангазеях.
«Как же перевести имя властелинов Лукоморья?» – задумался я.
То, что я имею дело с пракритом или языком бореалов, сомнения не было.
«Ман», понятно, – муж или мужи, «га» – движение, но что обозначает «зея»? – ломал я голову. – На востоке есть приток Амура, река Зея, – вспомнил я. – То же самое слово. Чтобы оно не означало, слово «мангазеи» можно перевести, как мужи, пришедшие с того места, что именуется зеей. Значит, пуровские и тазовские мангазеи были пришельцами,– сделал я вывод. – Пришли они в западную Сибирь… Уж не с Алазеи ли? – пришла в голову догадка. – А там, на восток от Индигирки, на Алазее в основном, у местных эвенов-юкагиров бытует мнение, что в Момских горах на гигантской территории северных отрогов Черского до сих пор живут загадочные шелаги или омоки».
От того, что воскресло в памяти, на лбу у меня выступил пот. Несколько лет назад во втором номере журнала «Северная Азия» подшивки за 1928 я прочитал, как на съезд малых народов севера в 1927 году в Якутск прибыл некий К.Катаев, который назвал себя омоком или представителем народа аладжи. И К.Катаев, и прибывшие с ним люди говорили на языке, который не походил ни на эвенкийский, ни на якутский, ни на юкагирский, но был похож на русский. После того, что услышали эти люди на съезде, а разговоры шли о создании на севере оленеводческих колхозов, они в спешном порядке покинули Якутск и исчезли. До сих пор все попытки их обнаружить не увенчались успехом. Припомнились мне и индигиркские записанные А.Л.Биркингофом сказки. В одной из них говорилось, что до прихода на север юкагиров, эвенов и якутов, на Яне, Индигирке, Колыме, Омолоне и других реках жили огненные люди.
