С каждым толчком Алисия мотала головой в стороны, и ее волосы метались вслед за ней. Приподнял ее попу, так чтобы погружаться еще глубже, мне нравилось ощущение легких шлепков, когда яйца стукались об упругие ягодицы, нравились стоны Алисии, временами болезненные, но такие сладкие.
Она плыла на грани транса и удовольствия, а я продолжал трахать ее тело, уже без всякой жалости вонзаясь в сладкую девочку. Беря без остатка, готовый спустить в любой момент, но все же предпочитая дождаться ее.
Кончающая девственница, что может быть более приятным для мужского самолюбия? Ничего! Это полная победа!
Стенки влагалища начинали мелко пульсировать, а я ускорялся, погружаясь все глубже. Мое дыхание сбилось, припал губами к ее шее, вдыхая терпкий аромат желанной женщины.
Она выгнулась и глухо застонала, проваливаясь в небытие оргазма, а я в несколько толчков дотрахал ее кончающую киску и с хриплым стоном излился сам.
Давненько не кончал с таким удовольствием.
Выскользнув из Алисии, несколько долгих мгновений смотрел на ее расслабленное лицо. Она восстанавливала дыхание и приходила в себя. Глаза закрыты, а выражение вполне спокойное.
Вроде бы в порядке и довольна. Никаких слез и даже истерик!
Мышка медленно и опасливо приоткрыла веки, встречаясь со мной взглядом, но тут же отводя его в сторону.
Притянув за подбородок, я вновь поцеловал жертву, чьи бастионы только что пали. Правила по лишению чести маленьких мышек требовали от меня соблюдения такой формальности.
– Ты как? – поинтересовался, скорее, ради приличия. Конечно же впорядке. От потери трех капель крови еще никто не умирал.
– Нормально, – отозвалась она, одергивая задранную майку вниз. Ее взгляд упал на мой член, отчего она тут же смутилась, будто не он только что в ней был. – Мне, наверное, надо в душ? – спросила мышка.
– Иди, – я пожал плечами, перекатываясь на бок и выпуская ее на свободу.
Она бодро подобралась и встала с кровати, почему-то завернувшись в покрывало, на котором все произошло. Но я лишь благородно позволил ей эту маленькую шалость.
Сам же расслабленно откинулся на спину, уже заранее предвкушая, сколько просторов для будущих игр после сегодняшнего "приключения" открылось у нас с мышкой.
Я вошла в ванную комнату и заперлась изнутри, на миг прислонив ухо к двери и прислушавшись. Больше всего боялась, что Томас последует за мной и сюда. Но в комнате было тихо, и меня никто не побеспокоил.
– Мавр сделал свое дело, Мавр может уходить, – со злой усмешкой шепнула я, откидывая покрывало со следами моего бесчестия и прижимаясь голой спиной к холодной стене. Из груди рвался беззвучный смех, а пальцы рук начинали мелко дрожать.