От душа и от самого Рижского тоже. Его запах, вкус его губ дурманили, заводили…
Смакуя его поцелуй, ладонью я скользнула вниз. Крепкие мышцы пресса тут же дрогнули под моими пальцами. Горячая тяжелая плоть встрепенулась в моей руке. Я провела вверх по твердому стволу, сжала чувствительную головку.
Его сдавленный стон был самым сладким звуком для меня. Как завороженная, я опустилась на колени. Я хотела, чтобы он рычал, дрожал от удовольствия. Чтобы был только моим. Еще раз погладила член, поцеловала у мошонки. Мужчина прикрыл глаза, стиснул зубы. Я прогулялась языком по всей длине. Захватила губами головку, ввела глубоко в рот.
Олег дрожал под моими губами, руками. Хрипло постанывал от ласковых и сильных движений языка. Я гладила его, посасывала, меняя ритм, пока мужчина крупно не задрожал и не дернулся, желая отстраниться. Я не дала, и в следующую секунду ощутила во рту его вкус. От его вскрика по мне самой прошла волна удовольствия.
Вечером я так и не начала неприятный разговор. После душа мы переместились в спальню, чтобы сблизиться уже полноценно. Потом расслабленно поужинали, легли спать. Совсем не время было заводить щекотливую тему. Утром же я решила, что сто́ит сообщить Олегу о предстоящем разборе полетов. Мужчина ждал, пока приготовится кофе, слушал меня и всё больше хмурился.
– Тоня несет какой-то бред! – воскликнул он. – Что на нее нашло? Я сейчас же позвоню Шевцову.
– Нет, пожалуйста, Олег! – я замахала руками. – Даже не думай влезать в это!
Рижский опешил от моей резкости. Но ссориться не стал.
– Алена, я не хочу, чтобы ты пострадала из-за придури Антонины, – пояснил он, – или, может, ты что-то неправильно поняла?
– Очень маленькая вероятность. Я тебе сказала просто, чтобы ты знал. Пообещай, что не будешь вмешиваться! Также я не хочу, чтоб из-за меня ты ссорился с другом. Еще и полезным в бизнесе.
Кофеварка издала победный звук, но Олег даже не взглянул на аппарат. Он подошел ко мне, взял мое лицо в ладони.
– Хорошо, раз ты так настаиваешь, я не буду наводить разборки. Но просто знай – ты у меня на первом месте, а не Шевцов с его бабками. Как-то я работал до него. Да и вообще! Тим – нормальный мужик. Он предложил партнерство, я согласился. И я им не пользуюсь! Кредитовался на общих основаниях. Он тоже никогда не показывал, что делал мне одолжение. Мы приятели!
От доброго тона Олега у меня почти капнули слезы. Но я взяла себя в руки. Он у меня такой замечательный, сильный, благородный! Я должна соответствовать.
– Я постараюсь всё объяснить. А там уж будь, что будет.
Планерка на первый взгляд шла своим ходом. Однако все пребывали в напряжении, причиной которого стал крепкий блондин лет сорока. Мужчина скромно сидел в углу стола.