Животная страсть, – она немного смущается и опускает голову.
– С плётками? С наручниками? Насколько сильно ты это пробовала? – Уточняю я и хмурюсь.
– Нет, плётки не пробовала, а вот наручники не так плохо, – она мотает головой и неуверенно улыбается.
– Ясно, – отрезаю я и беру в руку пластмассовую вилку.
– Какие планы? – Интересуется она.
– Никаких. Учусь, а дальше… всё, как обычно, – вздыхаю я.
– А мне надо в супермаркет. Уволила я к чертям новую домработницу, она сожгла мою новую блузку. И теперь придётся готовить самой, а ещё отец возвращается, – делится она со мной, я киваю.
Ковыряюсь в салате, понимая, что, вообще, ничего не полезет. Первый раз за всю свою жизнь потеряла аппетит, и виновник всё тот же самый. Целую ночь спала беспокойно, картинки, где Ник превращался в чудовище с кнутом, пытающимся меня поймать, сменялись его нежными поцелуями и бархатным, магическим шёпотом, зовущим меня упасть рядом с ним в его искажённую реальность.
До сих пор пребываю в шоке от правды. Вернувшись домой вчера, ещё не представляла, что всё осознание настигнет меня внезапно под душем, и я чуть не поскользнусь на мокром поддоне. В тот момент все события встали на свои места, все почему и зачем пропали. Пришла лишь реализация, происходящего со мной. И ведь можно было махнуть рукой, у каждого человека свои представления о прекрасном, но я не могла. И ответить на этот вопрос я тоже не смогла себе.
Жду полдня, отсиживаясь на каждой паре, что вот-вот придёт сообщение от Ника, и он появится тут, или же, вообще, без предупреждения. Но ничего, он затаился, как хищник, ожидая, когда жертва сама придёт к нему в руки. Только я, к собственному счастью, не дурочка, не буду терпеть ради какой-то симпатии физическую боль, позволять незнакомцу сломать меня. Нет.
От раздумий болит голова, и я жмурюсь, надавливая на закрытые глаза пальцами.
– Миша, всё хорошо? – Участливо спрашивает Сара, и я открываю глаза, моргая и осматриваясь.
Снова отключаюсь и теряюсь в пространстве. И очередной первый раз, мистер Холд, повторился из-за вас.
– Да, хочу спать… долго… очень долго, – говорю и отставляю салат.
– Чем ты занималась ночью? – Хитро спрашивает она меня, а я просто смотрю на неё, не выражая никаких эмоций.
– Какая ты плохая девочка, – тянет она, – тебя надо наказать. Ух, на тебя жёсткости нет…"
"– Молчи, – грубо перебиваю её, лицо подруги удивлённо вытягивается, но она даже не представляет, до чего дотрагивается во мне.
– Прости, пойду в библиотеку. Созвонимся, – я быстро встаю, подхватывая сумку, и уже иду к выходу, огибая студентов.
Не могу объяснить Саре, отчего так болезненно реагирую на её обычную подколку.