С каждой секундой ближе. Неожиданно для себя осознаю, что хочу верить в любовь. В те чувства, которые презираю. А презираю я ли их, вообще, или хочу так думать?
Тридцать четвёртый шаг
– Мишель, чёрт возьми, а ну вернись! – Кричит Ник из машины, а меня разрывает от хохота.
Нагибаюсь к открытому пассажирскому окну «Астон Мартина» и хлопаю наивно ресницами, едва сдерживая смех.
– Да, милый. Ты уже соскучился?
– Не заставляй меня злиться, Мишель, и не называй меня милым! В три я приеду за тобой, и только попробуй забыть об этом, – угрожает он.
– Мистер Холд, вы же понимаете, в моём возрасте так часто подводит девичья память. Вот и сегодня подвела – забыла зарядить телефон, а сколько ещё она преподнесёт сюрпризов, – наигранно грустно вздыхаю я.
– Мисс Пейн, вы же понимаете всю серьёзность данной ситуации. Если не хотите последствий, то будете здесь в то время, какое я вам назначил, и найдёте, где зарядить свой мобильный, – уже спокойнее говорит Ник.
– Мы рассмотрим ваше заявление чуть позже, как только соберутся все акционеры моего головного мозга, – сдвинув брови, киваю и выпрямляюсь.
– Мишель! – Он уже выскакивает из машины. Раздражённый и красивый. Всё как по заказу моей извращённой фантазии.
– Хорошего дня, мистер Холд. Думайте обо мне, как и я о вас, – шлю ему воздушный поцелуй и, развернувшись, несусь в университет, оглядываясь, чтобы проверить, не пошёл ли он за мной, дабы действительно отлупить.
Но он не идёт, вижу только клубы дыма от резкого старта его автомобиля. Жмурюсь, позволяя себе рассмеяться. А вот не будет отчитывать меня, как провинившуюся школьницу за то, что я каталась на качелях.
Проснувшись за два часа до будильника бодрая и жаждущая действий, полностью отдохнула душой и телом. Вообще, я сова, очень упрямая и капризная. Но сегодня словно вошла в новую жизнь. Бывает ли так? Засыпаешь с одними мыслями, а, пробуждаясь, все страхи забываются, все домыслы и заключения остаются во мраке вчерашней ночи. Новый день становится новым для того, чтобы сделать удачные и провальные попытки сближения с моим Садистом.
Я тихо лежала на боку и наслаждалась спокойным лицом Ника. Хотелось дотронуться до него, что пальцы начало покалывать от невозможности воплощения этой слабости. Словно мне это было необходимо, как будто от этого зависела моя жизнь, но я лишь поедала его оголённую задницу глазами и кусала губы.
Он спал на животе, обняв подушку руками, одеяло сбилось, а точнее, оно вовсе отсутствовало на нём и моему взору открывалось очень эротичное зрелище. Я, даже лёжа на другой стороне кровати, ощущала жар, идущий от его загорелой кожи. Всё же у него самая красивая и аппетитная попа из всех, что я видела.