И тогда мы подумаем, как быть дальше, – Ник отодвигается от меня, и я поднимаю голову на него.
– Спасибо, – тихо произношу я.
– Я это делаю только потому, что ты моя. А сейчас у меня новое предложение, хотя это приказ, но в нашем случае я предлагаю, а ты немного возмущаешься, но соглашаешься. Идёт? – С улыбкой спрашивает он, а я сдвигаю брови, не понимая, что он имеет в виду.
– Сегодня вечером мы идём в ресторан. Ты и я. Пора слова превращать в реальность, – поясняет Ник.
– Я…я не могу, – мотаю я головой.
– Мишель, – он повышает голос, а я вздыхаю.
– Ник, я не могу пойти с тобой, вот такая, – поднимаю руки, указывая на раны под тканью.
– Это все причины, по которым ты начинаешь возмущаться? – Иронично интересуется он, вызывая мою улыбку.
– Да.
– Тогда у меня масса предложений для твоего наряда. Пошли, – Ник хватает меня за руку, выводя из кабинета, уверенным шагом направляясь к гардеробной.
Он отпускает меня, подходя к вешалкам, и быстро перебирает чехлы с одеждой, выбрасывая на диван несколько.
– Вот, все с длинными рукавами, поэтому тебе не о чем переживать. Мы поднимем бинты выше, их не будет видно, и ты идёшь со мной в ресторан ужинать, Мишель. А сейчас можешь принять ванну, у меня есть работа. И через пару часов, я присоединюсь к тебе, даже разрешаю поиграть со Штормом, побалуй его. А я немного позавидую, – говорит Ник, выходя из гардеробной, оставляя меня стоять ошеломлённую и моргающую.
Но через несколько секунд он возвращается, поднимая руку и указывая на меня.
– Но я недоволен, что ты снова прогуливаешь. Это последний раз, дальше, моя ладонь встретит твою аппетитную задницу, крошка, – с этими словами он снова выходит, а мои нервы полностью сдают, и я начинаю хохотать, опускаясь на пол."
"Нет, моя жизнь полное безумие. Он полное безумие в моей жизни. Но сейчас принимать её легче, я услышала от него всё, чего мне не хватало. Я сказала то, что подсознательно хотела. И теперь пора начать новую безумную жизнь. Мы безумцы, которые поглощены собственными пороками, и это наше настоящее, наша реальность и я готова тонуть рядом с ним.
Двадцатый шаг
– Мишель, всё хорошо? – В ванную комнату стучится Ник, и я моргаю, концентрируя взгляд на своём отражении.
– Да-да, иду, – отвечая, глубоко вздыхаю и в последний раз критично осматриваю себя.
Как Ник и говорил, все платья имели длинные рукава, но только одно из них подходило для меня настоящей. Новой меня, созданной для него. Из тёмно-красной ткани с оголённой спиной, длинным подолом и спереди не обещающее ничего интересного, но сзади оно говорило о многом. И мне хотелось это сказать ему. Хотелось быть красивой и сексуальной только для него. Сейчас я понимаю, что он имел в виду, говоря о моей показной сексуальности.