Ник расставляет руки, хватаясь за спинку стула, отрезая мне пути для бегства. Я сглатываю от напряжения и потрескивающей атмосферы между нами. В его тёмных зрачках полыхает свечение огня камина позади нас, и с моих губ срывается судорожный вздох, я закусываю внутреннюю часть щеки, только бы не расплакаться, а держаться.
– Я никогда не прощаю людей, если они предали меня. Я никогда не прощаю людей, причинивших мне боль и принёсших моей семье страдания, – от звука его голоса, пропитанного тихой, но такой сильной злостью, я вздрагиваю, но не отвожу глаз от его лица. – Если человек сделал это единожды, то это повторится. Это наркотик. Это болезнь. Неизлечимая болезнь, которой заражено больше половины человечества. За ударом всегда следует удар, и он будет ещё глубже, чем раньше. За предательством, ещё отвратительнее предательство. Наркотики вызывают привыкание, и наслаждение ими угасает. И чтобы этого не произошло, наказания и удары усиливаются, извращаются и становятся бесчеловечными. Это не прощается. И ты не имеешь права обвинять меня в том, что я не желаю прощать его за то, что он сделал с моей матерью и сестрой.
– Но с ними всё хорошо, я видела это. Только ты страдаешь. Только один ты мучаешься, – тихо произношу я. Ник на секунду закрывает глаза, сжимая руками спинку стула, а я слышу ответ дерева на его силу.
– Нет, я мучаюсь только с тобой. Ты стала для меня мучением. С тобой я начал вспоминать это. Ты вытягиваешь из меня прошлое, и ещё смеешь обвинять меня в том, что я это не отпускаю. Ты хочешь знать всё, ты лезешь в мою душу, а я предостерегал тебя этого не делать. Поэтому здесь ни один я виноват, что я купаюсь в этой боли. Ты стала для меня символом. Ты стала той, кто намеренно вдавливает меня туда, зарывает с головой. Но я сам позволил, и я не получил поддержки от тебя, какую ожидал. Я получил помои, которые ты бросила в меня.
– Что ты говоришь? – Ужасаюсь я его словам.
– Правду, которую ты начала. Я весь состою из ненависти и агрессии. Ты считаешь, что я не пытался? Ты хоть понимаешь, в чём меня обвиняешь? Если бы мне было по хрен на это всё, я бы не приехал вчера. Но я был, я был рядом с тобой. Я был в ту ночь рядом с тобой. Я всегда рядом с тобой, а тебя нет. Ты только умеешь, что заставлять меня отдавать тебе свои эмоции. Но они закончились. У меня их больше нет.
– В том-то и дело, что ты был. А где ты сейчас? Почему специально ранишь меня? Сам наносишь порезы изнутри и наслаждаешься ими. Ты решил признаться, и я приняла это всё. Но ты имеешь право высказывать своё мнение, а я нет. Так не пойдёт, Николас. Я тоже буду говорить, нравится тебе или нет. Но за что ты сейчас сознательно вынуждаешь меня испытывать страх? За то, что я сказала, как думаю и вижу всё это.