Его пальцы уже быстрее трахают меня, и я чувствую, как моё анальное отверстие ласково поглаживают, описывая круги вокруг него, но мне так хорошо, что я даже не придаю этому значения.
Ник отрывается от моего клитора, продолжая работать пальцами, издающими пошлые, но такие ещё более возбуждающие хлюпающие звуки. Его рот проходит по моему животу, оставляя влажный след, поднимаясь выше, и я носом втягиваю собственный терпкий аромат, приоткрывая губы и быстро дыша в его рот.
– А сейчас… Мишель, сейчас постарайся так и лежать, – шепчет быстро он, но я не могу даже кивнуть, потому что моё тело отдаётся его руке, пытаясь вогнать его пальцы глубже, ведь сейчас этого недостаточно.
Первое, что я чувствую, как ледяная вода капает на язык и вздрагиваю от спасительной влаги для организма. Его рука полностью освобождает меня из своего плена и мокрыми мазками поднимается по телу, пока ледяные прикосновения к иссушенным губам не дают дышать, и я так и замираю. Тело пульсирует изнутри, терзаясь в огне. Лёд проходит по контуру моих губ, а пальцы Ника впиваются в мои волосы, заставляя немного выгнуть шею, и цепи от этого действия натягиваются сильнее, тянут мои запястья, сдавливая вены, и заставляя меня задохнуться от острых болезненных покалываний в них.
Ледяная вода капает с моих губ, стекая по лицу, пока я даже не двигаюсь, несмотря на его член, удобно расположившийся у моей разгорячённой плоти. Хотя соблазны… боже, какой соблазн потереться об него, увлажнить собой и вобрать в себя…
– Это твой десерт, – шёпот наполняет меня, когда в мой рот падает замороженная клубника, и я, улыбаясь, жую её и насыщая тело водой.
Ник отпускает мои волосы, и голова безвольно падает на постель. Он продолжает ласкать моё тело, проводя по нему кусочками льда, незамедлительно тающие на разгорячённой коже. Соски до сих пор горят от шоколада и прикосновения льда становятся ещё глубже, ещё ярче до сильнейших спазмов во мне.
Я балансирую на грани наслаждения, возбуждённая на пределе, что меня трясёт изнутри. Губы искусаны, а тело выгибается навстречу ко рту Ника, опускающегося к бёдрам. Он руками сильнее раздвигает их и удерживает, в это время его губы трутся о мой клитор, и он просыпается, моментально насыщаясь пульсирующей кровью, заставляющей меня задышать чаще… сводя с ума сердце, уже уставшее так громко биться. Но Ник продолжает терзать меня губами, языком, проникающим в меня, зубами, прикусывающими кожу.
Я нахожусь в опьянённом предобморочном состоянии, когда всё тело одеревенело, лишь могу всхлипывать и молить его о пощаде, потому что больше не вытерплю этого. Ведь ещё чуть-чуть, если бы он подольше ласкал меня языком.