— Я подпишусь, — сказал Джеймс.
— Да ладно. Зачем? Я его не веду. Только заглядываю к своим. Я вообще не люблю всю эту… онлайн движуху. Зак надо мной постоянно ржет, что я иногда не понимаю, о чем он говорит. У меня сестра больше прошарена, чем я… Нашел?
Джеймс тихо угукнул, что-то листая у себя в телефоне. Наверное, нашел фотографии Бобби. Майкл решил не мешать. Не прощаясь, сбежал по ступенькам, быстрым шагом, не оборачиваясь, почти побежал ловить ближайшую ассистентку Шене. Раз у него был выходной, он собирался съездить в Лондон — заглянуть к семье, увидеться с Томми и Сарой. К ним у него был один разговор.
Он отчетливо понял, что обязан помирить Джеймса с Томми. Обязан. Они так дружили, были настолько близки — а теперь из-за Майкла Томми не хотел знать одного из своих друзей. Он занял сторону Майкла, потому что Майкла он знал много лет. Но Джеймс-то был не виноват в том, что ему понадобился рядом кто-то, кто помог бы пережить ад. И он не заслуживал такого. Майкл собирался вернуть его в их компанию — настолько, насколько они все сами сумеют друг друга простить. Потому что теперь уже Джеймсу придется решать, готов ли он простить то, что когда-то Томми прекратил с ним общение.
И Сара… Она была когда-то давно безумно зла на Джеймса, но Сара была отходчивая, наверняка давно уже все простила. Только то, что Томми был таким принципиальным, удерживало ее от примирения.
Они должны…
Нет, конечно, они ничего никому не должны, но было бы здорово, если бы они пригласили Джеймса на свою свадьбу. Вместе с Винсентом, разумеется. Это будет правильно. Это будет честно. Они должны помириться. Майкл надеялся, что этот жест что-то исправит. Залечит одну из трещин, оставшуюся из прошлого. И всем станет немного легче.
Ему вот точно — станет.
Лондонскую квартиру Майкл купил в Шордич, в здании бывшей фабрики. Когда он взял ее, здесь были только стены из красного кирпича, кухня и ванная комната. Огромный лофт под самой крышей — со стальными балками под потолком, с высокими окнами, деревянным полом и запахом кирпичной пыли.
Он не приглашал сюда ни дизайнеров, ни ремонтников. Собирал обстановку сам, от случая к случаю — по модным интерьерным магазинам и гаражным распродажам. Он обставлял квартиру несколько лет, и процесс все еще не был закончен.
Она была странной. Как пазл из неподходящих друг другу частей, которые насильно впихнули друг в друга, оторвав лишнее или доклеив недостающее. На комоде в спальне стояли хромированные модели мотоциклов, покрытые пылью. Над ними висели теннисные ракетки в чехле. В вазе в прихожей лежали теннисные мячи. Посреди пустой гостиной стоял мотоцикл — тот самый, так и не проданный, но сейчас уже бесполезный.