— Надо было тебя послушать.
— Ты еще не видела, как я все порчу, — самоуверенно отозвался Майкл. — Тебе до меня, знаешь… Как до звезды.
Дакота поставила блюдечко с растерзанным пирожным на бухту зеленого садового шланга, мрачно уперлась рукой в бок.
— Я хочу, чтобы он был счастлив, — сказал Майкл. — Если он любит тебя — значит, любит. Не издевайся над ним.
— Я не просила его в меня влюбляться! — с досадой бросила она. — Он сам виноват, что выбрал такую!
— Какую — такую? Охеренно красивую умную бабу с заебами? Ну, может, и виноват. Ты теперь ему будешь за это мстить? За то, что он принимает тебя такой, какая ты есть? Ну молодец, — с сарказмом сказал Майкл. — Давай еще мне помсти за то же самое.
Она недовольно фыркнула. Потом перестала нервно улыбаться, стянула губы в точку, заморгала, будто боролась с подступающими слезами.
— Я не могу дать ему то, что он хочет, — сказала она. — И не хочу! Ни замуж, ни трахаться с ним не хочу.
— Так, знаешь, что — это все не ко мне, — сказал Майкл, подступив ближе и взяв ее за плечо. — Это к нему. Разбирайся с ним — чего ты хочешь, чего не хочешь. Решила дружить — ну вот иди и дружи. Он вроде не против. Дружит он первосортно, отвечаю.
— Господи, я знала, что мне нельзя было в это ввязываться, — она вздохнула, провела пальцами по волосам. — Вы, мужики, стоите друг за друга, как Берлинская стена. Чего я ждала!..
— Понятия не имею, чего ты ждала. Если ты думаешь, я так только с мужиками умею — посмотри в зеркало, может, там тоже что-то увидишь. Или спроси Сару, — добавил Майкл. — Она дохера расскажет.
Дакота ушла, попросила не провожать. Мол, как выглядит Бран, она помнит, отыщет его без посторонней помощи.
Майкл остался. Сунул руки в карманы брюк, поглядел на ухоженный парк сквозь стеклянные двери. Как многое здесь началось. Как они стояли тогда на крыльце, Джеймс был пьяный, а глаза — синие-синие. Как он дулся и отнекивался, мол, совсем не надо его подвозить, сам доедет. Доехал бы, да — разбил бы свою красивую Ауди на год раньше. Какой он смешной был тогда. Хорошенький. Наверное, его уже тогда хотелось прижать где-нибудь за колонной и зацеловать до синяков на губах. Вот бы он удивился, если бы Майкл тогда так и сделал.
Майкл ностальгически усмехнулся. А первая драка у них какая была?.. Хотя что там — драка. Но как тогда начали, так остановиться и не смогли. Измордовали друг друга, живого места нигде не осталось.
Все было здесь. Гуляли. Разговаривали. За руки держались, пока кино смотрели. Целовались тайком, но это уже позже, когда все завертелось, как водяной смерч, подхватило и понесло. Прятались по закоулкам, за шторами даже. Может, где-то тут до сих пор те самые шторы висят, в которые они заворачивались.