Насчет танцев я ничего не имею против, но твоя шея слишком дорого стоит, чтобы ею рисковать!
— Не дашь мне тренера — сам найду, — отозвался Майкл. — И еще мне нужен палочный бой.
— Майки!.. Тебе никто не даст драться в кадре!
— Мой герой это умеет — значит, и я должен уметь. Это важно, прекрати со мной спорить.
Зак яростно засопел в трубку.
— Ладно, верховую езду я поддержу. Но палками махать будешь только для вида! Не хватало еще, чтобы тебе башку разбили.
— Зак, я спрашивал у тебя совета? Нет, не спрашивал. Вот и не суй мне свое мнение. Я сам буду делать трюки и сам буду драться.
— Страховая компания спустит с нас три шкуры!
— Пусть спускает, шкуры не мои.
— Ладно, тут ты прав, — смягчился Зак. — Но Ларри этого не одобрит.
— Ларри на это плевать, — отозвался Майкл. — И ты это знаешь.
— Зато мне не плевать! Не смей ничего делать, у тебя Сандэнс на носу!
— Опять тащиться в эту дыру, — недовольно пробурчал Майкл. — Ты же знаешь, я не люблю фестивали. Можно кто-нибудь без меня скатается?..
— На премьеру твоего фильма? Ну, не знаю, могу послать вместо тебя свою секретаршу.
— Вот и отлично, пусть она едет.
— Нет, не отлично! Майки! Не строй из себя Аву Гарднер, ты едешь и это не обсуждается! И я очень надеюсь, что ты поедешь туда не с разбитой рожей.
— Разбитая рожа придаст мне очарование мужественности.
— Не лопни от очарования, — недовольно бросил Зак и сменил тон: — Ладно. Прошел слушок, что на фестивале твой «Сон» в фаворитах. Можешь отхватить приз. Передать Кармен, чтобы подготовила для тебя речь?
— Не надо, — после короткого раздумья отозвался Майкл. — Свяжу как-нибудь пару слов. Напишу, напишу, — поспешно добавил он, когда Зак в трубке начал возмущенно задыхаться. — Я сам напишу и покажу Кармен.
— Сам напишу! — передразнил Зак. — Дублер тебе не нужен, публицист не нужен — может, тебе еще и агент не нужен, сам будешь студии зад лизать?
— Нет, в этом ты профи, — хмыкнул Майкл.
— Майки, ты меня совершенно не ценишь. Тебе вообще в этой жизни сказочно повезло, а ты не ценишь.
— В чем это мне повезло?.
— Ты не красивая баба, — сказал Зак. — Потому что тогда ты бы сосал у Ларри вместо Виктории — или до сих пор получал бы гроши в своем независимом кино, никому не нужный, не известный и не интересный. Сидел бы в этом болоте, где все громко рассуждают, как они делают искусство, а втихаря мечтают подцепить по-настоящему крупную рыбу.
Майкл фыркнул.
Но Зак был прав. У Майкла перед глазами было два прекрасных примера его правоты: Фабьен и Виктория. Случись что, ему наверняка не хватило бы гордости повторить путь Фабьен, и он это знал. Ему же не хватило гордости отказаться от шоуманса с Викторией по указке Ларри. И тут уже было неважно, что он не был красивой бабой и ни у кого не сосал, чтобы получить роль.