- Щенок никогда не решается сделать первый шаг, Шарден Лим. Он не понял моего вызова.
- Потому что это требовало от него выказать слабость. Слабость нервов.
- Возможно. Но почему он рассердился на меня? Как именно это работает?"
"Шарден Лим хохотнул и вытянул ноги. Сейчас, выйдя из тени Ханута, он казался ядовитым цветком, что раскрывается только ночами. - Вы выявили его суть. Самовлюбленный, но слабовольный громила.
- Нелестные слова для друга.
Шарден опустил взор на кубок и сделал глоток. Потом хмуро проговорил: - Ханут Орр мне не друг.
Вино делало ее разум до странности свободным, словно сорвавшимся с привязи. Она уже не считала глотки - слишком много уже выпито; слуга склонялся безмолвным привидением, наполняя и наполняя ее кубок. - Думаю, он считает иначе.
- Вряд ли. Мой отец погиб в результате одного из проклятых заговоров Дома Орр. Мне кажется, что моя семья стала заложницей игры, которая длится и длится.
Мужчина выказал себя с совершенно неожиданной стороны; она не знала, что ему отвечать. - Ваша честность поражает, Шарден Лим. Я ни за что не разглашу то, что услышала этой ночью.
- Это не важно, но все равно спасибо. Я скорее обрадуюсь, если ваш муж осознает ситуацию. Ханут Орр - опасный человек. Дома Лим и Видикас объединяет многое, в особенности печать недоверия Совету. Скорее даже презрения. Но мне интересно… - тут он поднял на нее острый, любопытный взор. - Предприятие вашего мужа, продвижение торговца железом в Совет… Что за игру повел Горлас?
Она смущенно моргнула: - Извините, ничего не знаю.
- А можете узнать? Для меня?
- Не уверена… Горлас не доверяет мне в подобных делах.
- Он вообще вам доверяет? - спросил Лим и продолжил, не дожидаясь ответа: - Госпожа Видикас - Чаллиса - он растрачивает вашу жизнь, разве не ясно? Я вижу это… о боги, я разгневан! Вы умная женщина, прекрасная женщина, а он относится к вам как к одной из этих серебряных тарелок. Просто новое приобретение, новая вещь в груде богатств.
Она опустила кубок. - Чего вам нужно от меня, Шарден Лим? Это род приглашения? Хотите любовной интрижки? Свиданий за спиной мужа? Когда он будет уезжать, мы станем встречаться в какой-нибудь жалкой лачуге? Будем соединяться телами, а потом лежать рядом и строить бесполезные планы? Будем бесконечно лгать друг другу о счастливом будущем?
Он выпучил глаза.
Все слуги с необычайной быстротой исчезли в кухне и подсобных комнатах - в столовой не осталось никого. Пропал даже виночерпий. Чаллисе пришло в голову, что слуги имения Шардена оплачиваются лучше ее слуг и что сейчас скользкий молчаливый лакей сидит во дворе, передает трубку подобострастным, жадным до слухов работникам, все хохочут, фыркают, закатывают глаза и еще хуже. Слишком поздно, поняла она тут же. Ничего не исправишь.