Даруджистан Резак и его окружение вовлечены в события, связанные с ассасинами, жрецами и интригами. На фоне этого разворачиваются конфликты между различными фигурами, включая Солтейкен Леди Зависть и Верховного Жреца Тени Могора.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «#8-Дань Псам»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Даруджистан Резак и его окружение вовлечены в события, связанные с ассасинами, жрецами и интригами. На фоне этого разворачиваются конфликты между различными фигурами, включая Солтейкен Леди Зависть и Верховного Жреца Тени Могора.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Неизвестно Прочее|Неотсортированное подборки серии
Даруджистан Резак и его окружение вовлечены в события, связанные с ассасинами, жрецами и интригами. На фоне этого разворачиваются конфликты между различными фигурами, включая Солтейкен Леди Зависть и Верховного Жреца Тени Могора.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они были похожими на лицо, да и родились с разницей всего в несколько дней. Они владели безмолвным языком, что свойственен близняшкам - хотя и не были близняшками - и этого языка им было достаточно. Поэтому, едва заметив уход трехлапого пса, они наспех похватали оружие и пищу, поспешив по его следам.
Их уход также был замечен, но особого интереса не вызвал.
На юг, прочь от родных гор, где кондоры реют среди пиков и волки вплетают голоса в вой ветра.
На юг, в земли проклятых “детей” - натийцев, туда, где обитают носители войны и чумы, мерзкие поработители Теблоров. Где натийцы плодятся как лемминги, так что кажется - на всей земле не осталось места никому и ничему, кроме них.
Как и пес, девочки были смелыми и решительными. Черты, унаследованные от отца - но они не знали этого, как не знали и самого отца."
"Пес не оглядывался; даже когда девочки догнали его, он проявил лишь равнодушие. Как правильно сказали старейшины, пес был богами тронутым.
Деревенские рассказали матери и дочери о бегстве детей. Дочь расплакалась. Мать - нет. Вместо печали она ощутила тепло внизу живота - и погрузилась в воспоминания…
***
- О хрупкий город! Чужаки приходят …
Пустая равнина под пустым небом. Одинокий огонь, столь слабый, что почти проглочен кругом закопченных, потрескавшихся камней. На одном из двух плоских валунов, что лежат около костра, сидит низенький толстенький человечек с редкими и грязными волосами. Выцветший красный жилет, под ним льняная рубаха с запятнанными, но когда-то белыми манжетами. Рукава с трудом удерживают в себе ожиревшие руки. Круглое лицо готово поспорить цветом с пламенем. С кулачка - подбородка свисает длинная черная бородка - волос в ней, к сожалению, недостаточно, чтобы заплести в косичку. Он привык крутить и дергать ее, когда захвачен, а то и проглочен раздумьями. А впрочем - и когда вовсе не раздумывает, а лишь старается произвести впечатление мудреца на тех, что, быть может, следят за ним.
Как раз сейчас он крутит и дергает бороденку, нахмурившись и глядя в костер.
Что такое пел седовласый бард? Там, на скромной сцене “К’рул-бара”, в полночь, когда он сидел на излюбленном месте, довольный жизнью в славном, не раз спасенном им городе?
- О хрупкий город! Чужаки приходят…
- Я должен кое-что сказать тебе, Крюпп.
Коротышка поднял глаза. С другой стороны очага появилась фигура под капюшоном, протянула руки к огню. Крюпп откашлялся. - Немало времени прошло с той поры, как Крюпп обнаружил себя сидящим в том положении, в котором ты видишь его сейчас. Соответственно, Крюпп давно понял, что ты пожелал сообщить ему нечто столь важное, что это нечто достоин выслушать один лишь Крюпп.
Что-то слабо блеснуло в темноте капюшона. - Я не участвую в войне.
Крюпп дернул за крысиный хвост бородки.
