– Что можно сделать? – спросил я.
– Они прилетят, чтобы обменять свои товары на наши, – уверенно сказал торговец. – Я предложу им выкуп за твоего друга.
Плакать я перестал. Появилась какая-то надежда, и сразу захотелось действовать.
– Его не убили? – робко спросил я.
– Нет, – поколебавшись, сказал торговец. – Ты что, не понимаешь, что Летящие сделают с Лэном?
– Превратят в Летящего.
Меня замутило. Я вспомнил свой сон… про Лэна, идущего навстречу с мечом. А еще я представил его укутанным во тьму, с черными провалами глаз, и мне стало жутко.
– Котенок… – прошептал я.
– Посоветуй что-нибудь!
– Торговец прав, – нехотя повторил Котенок.
– А если отбить его? – спросил я, вставая. – Ну? Слабо?
– У них мечи из мрака, – очень тихо сказал Котенок. – Таким мечом очень легко погасить Настоящий свет. А я… я ведь совсем не умею драться, Данька. У меня только когти и зубы. Очень маленькие когти и зубы.
В отдалении стояли все люди нашего каравана. Я посмотрел на них – и почувствовал, как вздрагивают они от моего взгляда. От Света, который живет теперь в моих глазах.
– У меня Настоящее зрение, – сказал я Котенку. – Это ведь может помочь?
– Не уверен. В твоих глазах Свет. Ты увидишь лучшее, что есть в человеке. Это может помочь, только если в них еще осталось добро. Сомневаюсь… А в глазах Летящих – тьма. Они увидят твой страх, и твои ошибки, и твою боль. Гораздо удобнее, чтобы причинить вред.
«И все же Летящий испугался моего взгляда», – подумал я. Но спорить с Котенком не стал. Повернулся к торговцу и спросил:
– Ты действительно сможешь выкупить Лэна?
– Я буду торговаться до последнего, – твердо сказал торговец. – В той мере, в какой торговался бы за собственную дочь.
Я ему не поверил. Но это была какая-то надежда.
Летящие вернулись через полчаса. Не все и уже без мечей. Они опустились на краю болота, и торговец в одиночку подошел к ним. Как ни в чем не бывало!
Я сидел метрах в ста, поглядывая то на башню, где сейчас был Лэн, то на сгустки тьмы, обступившие торговца. Врет он или нет? Сможет ли выкупить Лэна?
Минут через пять торговец взмахнул рукой, и охранники медленно отошли от животных. Летящие не то прыжками, не то перепархиванием двинулись к быкам. Стали отстегивать от упряжи тюки и взлетать с ними. Каждый нес по пять-шесть тяжеленных тюков. Ого…
Не глядя, я провел рукой по шершавому камню, на котором сидел, нащупал Котенка и бесцеремонно посадил себе на колени. Спросил:
– Не знаю, – виновато ответил Котенок. – Мало ли как у них принято торговать. Сейчас нам скажут…
Летящие, нагрузившись сверх всякой меры, тяжело полетели к башне. Навстречу им двигались другие, тоже с тюками, которые они сваливали перед торговцем. И такие рейсы повторились раз десять.