Под изображением Рейдера на экранах замелькали меняющиеся цифры. Мы сближались, выходя на дистанцию прямого удара. Но одновременно Рейдер увеличивал ускорение, стремясь быстрее выйти на стабильную орбиту.
– Сближение проводится…
– Рейдер на сигналы не отвечает…
– Компьютер рекомендует деструкторный удар по антенным и корпусным элементам…
– Мы не знаем, из чего сделан его корпус, – ответил я Эрнадо.
Клэн что-то негромко бормотал по двусторонней связи Редраку, прокладывая траекторию сближения в максимально безопасной зоне.
На мгновение наступила тишина. Два корабля сближались сейчас над планетой – и ни для кого не было тайной, что сейчас произойдет. Мой экипаж, и сектанты на Белом Рейдере, и миллионы благодарных зрителей на Схедмоне – все ждали.
Пройдет еще полминуты – и в лихорадке космического боя, когда даже компьютеры не успевают принимать решения, уже не останется места для приказов. Экипажи превратятся в горстки одиночек, действующих абсолютно самостоятельно, спаянных лишь предыдущими тренировками и тем неуловимым общим настроем, что возникает в минуты опасности у давно знающих друг друга людей.
Но вначале я должен отдать приказ.
А еще раньше – если, конечно, хочу играть честно – я должен объяснить Эрнадо и Лансу, против кого они пойдут в бой.
Вот только нет у меня ни времени, ни сил на честную игру.
Тишина. Приближающийся корабль на экране, расчерченном сетками прицелов.
– Начало выполнения на счет «один». Деструкторный удар по элементам защитных генераторов. Ракетная атака, протонные и термоядерные боеголовки максимальной мощности… Лазерный удар по антенным и детекторным системам. Далее действовать по обстановке.
Я перевел дыхание. И произнес, невольно повышая голос:
Когда боевые системы корабля работают на полную мощность, они дают суммарную тягу, превышающую тягу взлетающей земной ракеты. Деструкторные и лазерные излучатели, включившись, заставляют корабль дернуться, как при грубой аварийной посадке.
Когда десяток боевых ракет – трехтонных металлических чудовищ, наполненных атомной взрывчаткой, – стартует через распахнувшиеся люки, корабль легко сдвигается с орбиты силой отдачи.
Мы приближались к Белому Рейдеру дергающимся, скачущим курсом, меняющимся от включения очередной батареи излучателей и старта каждой новой ракеты. Наверняка Клэн с Редраком могли выправить курс, компенсировать отдачу излучателей работой двигателей. Но это было абсолютно ни к чему – ломаный, хаотично меняющийся курс спасал нас от прицельного огня врага.
Клэн не ошибся – любой корабль, оказавшийся на месте Белого Рейдера, был бы обречен. В лучшем случае он включил бы нейтрализующее поле и упал на планету под его прикрытием, чтобы в последние секунды спасти экипаж катерами.