Страх, страх, страх. Безотчетный, растерянный ужас в глазах. Древний грек, столкнувшись с богом войны Аресом, наверное, выглядел бы так же.
– Я отменяю приказ, – с нарастающей яростью выкрикнул я. – Мы идем к Храму все вместе. Данька, мы вместе до конца. Ясно?
– Есть, капитан, – с восторгом сказал мальчишка. Пожалуй, лишь он ничего не понял.
Храм был таким же, как на Таре, Клэне или любой другой кислородной планете. Схедмонский Храм Сеятелей, километровый шар из зеркальных и черных пластин, неуязвимый, древний, как сама планета. Святыня, внушавшая ужас еще первобытным племенам; дворец богов по средневековым верованиям, наследие цивилизации-основательницы – по современной, едва ли не единственной в галактике религии. У его стен молились и проклинали врага; зеркальные квадраты обшивки отражали льющуюся кровь человеческих жертвоприношений и цветы счастья в руках новобрачных. Храм закидывали камнями и расстреливали из крупнокалиберных пушек; к его подножию слагали разноцветные гирлянды и сосуды с драгоценными благовониями.
И тысячи лет Храм хранил тайну своего узора, тайну, лежащую на поверхности – в буквальном смысле слова. Глобус, огромная модель и крошечная копия Земли.
Планеты, которой нет.
Мы подошли к основанию Храма – тонкой, отлитой из металла колонне. Раскрытая ладонь на самом верху легко поддерживала километровый шар.
Никто не проронил ни слова. Молча шел впереди Эрнадо; опасливо поглядывал под ноги, словно вспоминая паутинные мины вокруг тарского Храма, Ланс; прихрамывал сильнее обычного Редрак, едва поспевающий за остальными. Мы с Данькой шли в середине, и с каждым шагом Данька все сильнее жался ко мне.
– Я думаю, это лучше сделать тебе, – сказал я мальчишке, когда мы оказались возле опорной колонны. Громадный шар давил на нас; абсолютно неподвижный, он, казалось, раскачивался над головой, готовый упасть в любое мгновение.
– Что? – робко спросил Данька.
– Приложи ладонь к столбу и попроси… то есть прикажи поднять нас внутрь. В зал информатория.
Данька вздохнул и провел ладошкой по металлической колонне. Тихо сказал:
– Поднимите нас наверх, в информационный зал. Пожалуйста.
Секунду ничего не происходило. Я вдруг осознал с пугающей ясностью, что все мои надежды и предположения – полный вздор. Храм не послушается Даньку и вряд ли выполнит мои требования. Мало ли по каким причинам Храмы боятся причинить нам вред. Да и «глобус», сложившийся из вращающегося Храма, еще ничего не доказывает. Сектанты прорвутся к Земле, и кварковая бомба упадет на крышу моего родного дома. И будет облако серой пыли на месте третьей от Солнца планеты…
Нас бросило вверх – мягким, но сильным рывком. Мы прошли сквозь непроницаемые стены Храма словно сквозь туман.