Вечерняя суматоха и спор с соседкой настолько взбунтовали обе персонажа, что они не высыпались и просыпаются позже обычного. Но вот уже драки из прошлого лета и новый учитель пробуждают усталость - это лишь начало приключений в жизни книголюбов, готовых отправиться в неведомые моря....
Сначала вопросительно взглянул на магистра Кариборо, увидел рядом с ней меня и нахмурился (я же наоборот — заискивающе улыбнулась), потом оценил толпу любопытствующих и наконец догадался повернуться и поинтересоваться, что же рассматривала Аннушка.
— Золотова? — прозвучал усталый вопрос. Причем спрашивал он не меня.
— А у вас могут быть сомнения? — тонко улыбнулась фея. — Великолепнейший образчик словесного творчества. Колоссальный объем литературных и музыкальных произведений в памяти. Декламирует стихи, сказки, поет песни.
И все это было сказано явно не обо мне.
— Золотова! — А вот теперь ректор обращался ко мне. — Это что?
— Дуб зеленый, — потупившись, объяснила я. Кто-то из студентов хохотнул, услышав такой ответ.
— А на нем?
— Златая цепь, — вздохнув, покаялась я.
— А на ней?
— Кот ученый.
— И что он делает?
— Ходит по цепи кругом, — отвечала я стихами Александра Сергеевича Пушкина. Ну а что, наизусть ведь помню.
— Зачем? — удивился магистр Новард.
— Он когда идет направо — песнь заводит, а налево — сказку говорит. Вот день и ночь ходит, и ходит, и ходит… — Каждое мое очередное слово было тише предыдущего. Последнее я вообще прошептала под пристальным взглядом главы школы.
— Ну, хорошо, допустим. И ладно еще кот! Это я хоть как-то могу понять. Но скажите, Кира, откуда у вас столь извращенные фантазии? Почему на дереве сидит русалка?
— Давайте я вам с самого начала расскажу? — попросила я, поняв, что иначе наш разговор так и будет похож на игру в слова.
— Значит, песни и сказки, — произнес магистр Новард, как только я продекламировала стихотворение полностью. — Радует, что вы не создали витязей в столь ужасающем количестве. Только скажите мне, адептка, лужу вы с какой целью налили? Ведь теперь к дереву не подойти.
— А это случайно, она скоро высохнет… — заулыбалась я, поняв, что меня, кажется, не будут наказывать. И на всякий случай добавила: — Я так больше не буду!
— Мы так больше не будем, — прозвучала неожиданно сзади поддержка, и рядом со мной встал Ивар.
— Адепты, признайтесь! — с обреченностью спросил несчастный глава школы. — Ну зачем? С какой целью вы создали этот… это… этих…
— Ну магистр Новард! Для красоты конечно же! — воскликнула я.
