В свете тусклых ламп и шепелявом шёпоте разговоров сквозит атмосфера рокового бала в имении Барятинских. Магические следы поведают о великом князе, воинах света, готовых на самые отчаянные походы ради чести и славы. Незаметные в мирской суете, они словно живые легенды на грани мифа и реальности....
Выглядел Вова, как заправский аристократ. Полагаю, утро для него началось примерно в ту пору, когда я, наконец, уснул."
"— Сдаюсь, колдуй, — поднял руки я.
Надя быстро привела в порядок мою причёску. И даже погладила рубашку —под моим изумлённым взглядом. Я до сих пор знать не знал, что Надя знает, что в доме есть гладильная доска.
— Матушка её научила, — проследив за моим обалделым взглядом, тихо сказал Вова.
— А стирать не научила? — так же тихо отозвался я.
— Нет пока. Но булки печь уже умеет.
— Это хорошо.
— О чём это вы там шепчетесь? — подняла Надя грозный взгляд от гладильной доски.
— О пиве и футболе, о чём ещё, — пожал плечами я.
Надя в шутку замахнулась утюгом.
* * *Ботинки, брюки и куртку я всё-таки надел свои. Из нового комплекта от Кардена. Я в своё время заказал несколько комплектов — на такой вот случай.
— Но Костя, фрак… — попыталась меня остановить Надя.
— Сестрёнка, мне драться со старшим Юсуповым. Ты можешь себе представить, что это такое?
— Не могу, — честно призналась сестра.
— Вот и не надо. Просто поверь на слово: то, что я иду не в спортивном костюме — с моей стороны уже существенная уступка требованиям этикета.
К этому моменту Вова и Надя смотрели на меня по-разному. Надя ощутимо волновалась, но всего лишь из-за того, что мы сейчас поедем во дворец, а это — всегда серьёзное испытание, на котором нельзя ударить в грязь лицом.
Вова же, который вырос в Чёрном городе, понимал, что когда ты начинаешь специально подбирать экипировку ради поединка — дело серьёзное.
— Перекурим, сиятельство? — предложил он.
— Нам пора! — всплеснула руками Надя.
Я бросил взгляд на часы. Те самые, отцовские, спасшие меня из катакомб. Битву с Тьмой они, как ни странно, пережили. Стекло немного треснуло, стрелки погнулись — но двигались исправно и даже точно.
— Пять минут у нас есть, — сказал я.
Надя уселась на диван, демонстративно надув губы и сложив руки на груди, а мы с Вовой вышли на улицу. На всякий случай удалились от крыльца.
— Дыхалку бережёшь, — резюмировал Вова.
— Да.
— Насколько всё плохо?
— Плохо? — Я усмехнулся. — Да пока про «плохо» никто не говорит. «Серьёзно» — вот правильное слово. Ответ: всё очень серьёзно, Вова. Даже если я ошибаюсь — очень серьёзно.
— А если ты откажешься драться?
— Если откажусь — вместо меня выйдет зелёный пацан, который ничем не заслужил сдохнуть от руки щенка-Юсупова.
