В галактике много планет, где возможно жизнь. В этом мире ждут вас захватывающие приключения: мистический князь Демидов, стремящийся изменить свою судьбу и мир, стирая границы между реальностью и предыдущими жизнями. Уникальная атмосфера этого произведения создает ощущение бескрайней вселенной и возможностей за ее пределами....
Я резко остановился и плавно повернул голову. Рядом со мной стоял Аникей… Выглядел он странно. Не агрессивно, и не дружелюбно, а скорее… виновато?
— Чего тебе? — холодно спросил я.
— Мы можем поговорить… на пяточке за цветами?
— М-м-м… — даже немного интересно, чего это он: — Ладно, пошли.
Мы спрятались за кучей местных растений, чтобы никто ничего не слышал и не видел.
— Да, вот… думаю, между нами произошло недопонимание. Как бы… Ну, ты же у нас явно парень с характером. В общем… я всё хотел спросить… Тогда на арене, ты же не хотел моей смерти, верно? — поинтересовался Аникей.
— Кто знает. — пожав плечами, ответил я: — Так, чего ты хочешь?
— Ну-у… — он заискивающе улыбнулся, будто, не зная с чего начать: — Я хочу забыть все недопонимания, что были у нас с Демидовым.
— Так-так. — вот это меня слегка удивило: — И, с чего вдруг ты решил сам пойти на мировую? Надеюсь не потому, что я могу навалять тебе так, что ты с обгаженными портками убежишь в другую страну?
— Нет… Дело не в этом.
— При желании — возможно всё. Но сейчас это не так важно. Говорю же — меня больше интересует, с чего ты решил начать этот разговор.
— Понимаешь… Я поговорил с Иришкой… Раньше я думал, что она… ну… — Аникей отчего-то сильно смутился и на его смазливом личике проступил румянец: — Втрескалась в Толика. Ну, что она была очарована их тупыми играми. Понимаешь? А я же ей пытался объяснить, что это всё… ну, детское.
— Поздравляю, Аникей. Ты — балбес. Но… продолжай. Я внимательно слушаю.
— Иришка сказала, что у неё появился рыцарь. Мол, он сильный и крутой. Явно кто-то из старшекурсников! И я понял, что Толик не при делах… А, ещё мне очень стыдно за себя. Он не знал, что я переживаю за сестру. Поди думал, что это из-за его семьи… В общем, неудобно вышло…
— Вот как? — я нахмурился, ибо мне сейчас хотелось прописать Аникею такой подзатыльник, чтобы он облетел всю планету вокруг: — Во-первых, ты повёл себя, как последний ублюдок.
— Воздержусь! — он тут же поднял руку в знак примирения.
— Ты сломал Толику всю школьную жизнь. Из-за тебя он лгал своему отцу. СОБСТВЕННОМУ ОТЦУ, ты понимаешь? А во-вторых, что за крысятское поведение? Почему ты говоришь это мне? Боишься Толика?
— Нет, но…
— Боишься.
