В галактике много планет, где возможно жизнь. В этом мире ждут вас захватывающие приключения: мистический князь Демидов, стремящийся изменить свою судьбу и мир, стирая границы между реальностью и предыдущими жизнями. Уникальная атмосфера этого произведения создает ощущение бескрайней вселенной и возможностей за ее пределами....
Если увидеть пытаешься издали… Не разглядишь меня!
- Не разглядишь меня-я-я… — хором пропели девчонки.
— Друг мой, проща-а-а-ай…. — раздался приятный, но слегка грустный мотив, который словно вселял надежду на что-то очень далекое и светлое: - Я уплываю, и время несёт меня с края на кра-ай. С берега к берегу, с отмели к отмели… друг мой, проща-а-ай.
Это было очень странное ощущение. Казалось, что солнечная блондинка в этот момент смотрела на меня… и улыбалась такой чистой, доброй, а главное теплой улыбкой, что моё старое сердце на миг снова забилось, как несколько сотен лет назад… Невероятная сила голоса и музыки! И вроде, ничего особенного… обычная мелодия.
- Знаю, когда-нибудь, с дальнего берега, с дальнего про-о-ошлого… ветер весенний ночной принесёт тебе вздо-ох от меня.
Не знаю, что происходило с моим телом и разумом… Но меня начало переполнять странное пьянящее ощущение некогда забытой эйфории.
- Ты погляди, ты погляди… ты погляди-и-и… не осталось ли что-нибудь после меня. В полночь забвенья на поздней окраине жизни твоей. Ты погляди без отчаянья…
- Ты погляди без отчаянья!
- Вспыхнет ли, примет ли облик безвестного образа, будто случайного… Примет ли облик безвестного образа, будто случайного… Э-э-это не сон!
- Э-э-это не сон…
- Это вся пра-а-а-авда моя!
- Это — истина-а-а-а…
- Смерть побеждающий, вечный закон — это любовь моя…
- Это любовь моя!
— Володя? Ты чего? — Толик дернул меня за рукав, и словно вытащил из забвения… Вернул в реальный мир.
— Девочки — вы умницы! — захлопав, холодно произнесла Мавра: — Теперь давайте закрепим, и выпускайте стихоплёта!
— Ну? Ты чего? — очкарик вновь потянул меня за плечо: — В Долгорукову втрескался? Хе-хе-хе…
— Чего? Нет! — отмахнулся я.
— А вот и да! — хитро улыбнулся пацан: — Стоял, рот разинул… И глаза, как будто на мокром месте. Думал, сейчас пустишь скупую мужскую слезу. Видимо, даже Дьявол умеет плакать. Знаю я про все эти дела!
— Да просто эта песня… напомнила мне об одной Императрице…
— Неужели? У тебя был роман с Императрицей? — удивился Толик.
