Вера в собственные силы у команды ненадышна и опасна. Лина зашла слишком далеко сомнениями, но недооценивать противников не стоит — их проклятые существа продолжают настигать. Дробь №0000 берет противников только издали, и это может стать нашим преимуществом.
Но крики и стоны говорили о том, что от боли и травм его тело так и не избавили… А, значит — все прелести пытки он будет чувствовать точно так же, как и обычный человек.
Большего мне и не надо!
Подпустить Князя поближе, оторвать клинок и затем всадить пару пуль в колени. Чтобы не смог убежать. Отличный план! Повалю его на пол и вытяну всё, что только можно… Так сказать — покажу Радиону свою тёмную сторону.
На третьем этаже прогремел мощный взрыв и несколько жуков с ужасом припустили к нам. Видимо, Настя и Сэн тоже решили особо не сдерживаться.
— И долго ты будешь стоять? — поинтересовался я.
— Да, вот думаю… куда тебя лучше ударить, чтобы больнее было. — задумчиво ответил он, а затем решил сделать первый выпад. Очень неумело… Я даже не стал рисковать своей уже любимой арматурой и просто увернулся. Кто вообще обучал Князя фехтованию?
Радион с пыхтением начал размахивать клинком в разные стороны, то и дело вырывая из пола куски и разрезая на части кресла для зрителей. Нет… это никуда не годится! Ни техники, ни исполнения… Вообще — ничего! Как будто человек вообще не знал о фехтовании!
Наглядный пример того, как неподготовленный юнец использует внезапно свалившуюся на него сверхсилу.
Устав прыгать в разные стороны, я нанёс удар по плечу. Князь взвыл, и тут же начал размахивать клинком, поднимая в воздух ошмётки зрительских кресел. Сейчас обманный манёвр… Я сделал вид, что упал и открылся. Теперь Радиону нужно просто с разбегу прыгнуть на меня и всё.
— Слабак! — начал глумиться он и побежал в мою сторону, выставив вперёд остриё клинка: — Я же сказал, что сопротивление бесполез…
Прогремел мощный выстрел «Молотобойца».
Сперва я не понял, что именно случилось… И вообще, кто посмел выстрелить? Но радостно бегущий в мою сторону Толик ответил на все вопросы.
— Не волнуйся брат! Я тебя не оставлю! — говорил он, размахивая здоровенным пистолетом."
"А внутри меня закипал гнев.
