В майских полях 625 года, на Левобережье реки Танаис, охота стала настоящим шоу: всадники оногуров восторженно кричали и улюлюкали над свистом, загоняя дичь по круговой ленте. Вопреки обычным традициям кочевников, эта охота не была оружием для войны. Здесь закалывались юноши — обучение в будущем навыкам воинства....
Похоже, «Князь из будущего. Ч. 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как тогда сказал покойный каган: «Люди должны видеть смерть в твоих глазах. Они должны ронять дерьмо из задницы при одном твоем виде. Вот тогда ты станешь настоящим воином». Мудр был покойный, не грех было послушать его.
Князь по возвращении встретил его ласково, крепко обняв. Он тогда наградил его гривной и белым плащом, который лишь самым отважным воинам дают. Он и отважный! Добрята хмыкнул про себя. Ему по-прежнему не давался бой на кулаках, но он мастерски выучился владеть тонким ножом, который прятал в рукаве.
А еще его зачем-то начали таскать на охоту. Боярин Звонимир самолично учил его бить кабана коротким и толстым копьем, и пока Добрята не мог пересилить того ужаса, что он испытывал, когда на него несся разъяренный секач, на которого даже бесстрашные аланские собаки лезть боялись. Он одним ударом мог опрокинуть наземь тяжелого рослого пса, а потом, двинув тяжелой башкой, распороть ему брюхо кривыми клыками.
— Может, ну их, кабанов этих? — хмуро спрашивал Добрята. — На кой они нам сдались? Нам что, есть нечего? Мне кабанятина уже в горло не лезет. Я даже в кочевье столько мяса не ел.
— Они поля разоряют, — с самым серьезным видом отвечал Звонимир. — Старосты жалуются. Житья, говорят, от них не стало.
— Какие поля? Зима же! — тоскливо бубнил Добрята.
И тогда Звонимир, взяв Добряту за плечи, пристально посмотрел ему в лицо.
— Ты, Добрята, воинский человек, — сказал он, — белый плащ носишь. Этот страх — твой лютый враг. Сам князь приказал тебе двадцать кабанов копьем сразить. И пока не сразишь, на глаза ему велел не попадаться. О, слышишь! Собаки забрехали. Подняли, значит, кабана.
Глава 44"
"Аудиенция у молодого Августа прошла на удивление пафосно и скучно. Молодой парнишка, который с трудом скрывал свое любопытство под маской напускного равнодушия, не вызвал особых эмоций у князя. Император Константин III ничем примечательным в истории не отметился, и умер молодым, сраженный туберкулезом. Он всегда жил в тени великого отца, и олицетворял его власть в столице, пока тот воевал с персами.
