Потому удар сабельный, али мечом, топором, али просто скользящий держит она куда как крепче. Плюс к тому, и прогибается, коли удар слишком сильный. Однако же стрелу бронебойную на излете, нож простой – их она пропустит. А кираса али кольчуга простая – нет. Зато весу в ней куда меньше. Не сплошная, сам видишь. Оттого и легкая…
Андрей снял байдану с шеста, взвесил в руках. Пушинкой назвать ее было нельзя, но то, что тянула она вдвое меньше старой кольчуги – это точно. Он вопросительно оглянулся на боярина.
– Ты уверен, сын? – Василий Ярославович подошел ближе и демонстративно проткнул броню пальцем, сунув его в одно из колец.
– Куяк сверху накину, и все дела, – пожал плечами новик. – Стрелы и ножи уже не страшны. А от меча в самый раз. Ты попробуй, какая легкая!"
"– Воля твоя, сын, – не стал спорить Лисьин. – Коли что, на себя пенять будешь.
– Нравится, отец.
– Быть по сему! Когда сделаешь, Степан?
– Ну-у, – почесал в затылке, окидывая Зверева взглядом, кузнец. – Ну, заказ еще один у меня имеется. Ну… Через месяц сделаю. Раньше никак.
– До весны я в усадьбе всяко просижу… – прикинул боярин. – Ладно, пусть будет через месяц.
– Степан, – вмешался в разговор Андрей. – Скажи, а трубку железную ты сковать можешь? Такую, чтобы внутри ровное круглое отверстие было, с одной стороны заклепанное, и у заклепанной стороны узкое отверстие сбоку?
– Это вроде пищали, что ли? Дык, ее отливать надобно!
– Нет, – мотнул головой Зверев. – Пищаль – это пушка. А я хочу со стволом диаметром с большой палец, а в длину… Ну, с меня ростом.
– Маленькую такую? – Мастер пожал плечами. – Отчего, дело нехитрое. Из листа свернуть да вокруг прута обковать. Но тут тоже на весь день мороки. А у меня заказ важный, ждать не могу. Вот коли через месяц… Тогда зараз и байдану, и пищаль свою игрушечную забрать сможешь. Так тебя устроит?
– Зачем тебе это, сын? – не понял боярин Лисьин.
– Хочу зельем огненным побаловаться. Может, получится?
– Это тебя Лютобор научил?
– Нет, – мотнул головой Андрей. – Пушкарь из Себежа.
– Ладно, – махнул рукой Василий Ярославович. – Сделай ему эту палку. Гляну, что за баловство. Поехали, Андрей. Полдень скоро, поесть не успеем.
– Почему не успеем? У нас еще дела?
– Домой возвертаемся. Сам же видел, на подворье коней ставить некуда, да и припасы тут подъедать ни к чему. Афанасий дела торговые вести должен, урожай, полотно продавать, о работах отходных для смердов уговариваться, серебро для нас копить. Ни к чему его отвлекать.
– Как же не помещаются? – Новик поднялся в седло. – А если осада – тогда как?
– Коли осада случится, я коней да людей ненужных в крепость переведу. А ныне… Сырость от лошадей – чего со скотины возьмешь? Припасы портиться будут.